Не отвечая, Дроздов направил машину прямо на заграждение. Пробив его бампером, машина остановилась.
Чьи-то крепкие руки ухватили Дроздова за рукав и вытащили из кабины. Пограничники окружили его.
– Не шевелиться, – приказал один из них с погонами лейтенанта. – Вы арестованы.
– Полегче, полегче, – Дроздов вытащил из кармана мобильник. Нажав на кнопку связи с Президентом, он протянул мобильник лейтенанту. – Это, кажется, вас, – и без сил опустился на землю.
«Блэк-Хоуп» премьер-министра Японии оторвался от бетонного покрытия международного аэропорта Токио и взял курс на портовый причал. Обычно премьер-министр любил летать, особенно американскими вертолетами. Его убаюкивал мерный рокот моторов, под который так сладко спалось, но сегодня отдыха не получалось. Премьер-министр беспокойно ворочался в кресле. Он вспоминал все цвета радуги, считал до тысячи, переворачивался с одного бока на другой, но возбужденный мозг не давал покоя.
Не слишком ли много он берет на себя? Ведь при штурме подводной крепости погибнут люди! Сколько? Десяток-другой? Мелочь! Сущая мелочь! Десяток мужчин – не слишком большая цена за землю отцов.
Он вздохнул, вдруг на секунду пожелав, чтобы премьер-министром был кто-то другой. Но он мог позволить себе эту слабость только на секунду…
Ничего, – утешил он себя. – Все должно получиться. Пора, пора вернуть северные территории.
Надо только продумать все детали. Он увидел пересекающие темную водяную муть яркие лазерные лучи. Это будет красиво.
Сразу после легкого завтрака Президент поехал на Нижнюю дачу. Уже третий день стояла необыкновенно теплая для этого времени года погода, и на Президенте были только тонкий твидовый костюм и белая рубашка с серым галстуком.
Усевшись на пассажирское сиденье, он достал из портфеля файлы с личными делами членов «узкого круга» и углубился в чтение. Прочитав последний, закрыл глаза и задумался. Что сказать людям, которые ждали его на даче?
Стоя возле открытой дверцы машины, Дроздов молча ждал, когда Президент откроет глаза.
– Ждут, – сказал он. – Все девять. Как и обещал.
Президент медленно поднялся с сиденья.
– Спасибо, Андрей. Я знал, что ты сдержишь свое слово.
Они вместе прошли в здание. Дроздов чувствовал страшную усталость – он с трудом осознавал происшедшее с ним за последнее время. Всего двое суток назад скрываясь от преследования, он находился за рулем грузовика, мчавшегося через уссурийскую тайгу, а сейчас шел рядом с Президентом России.
– Мы теряем время, – резко сказал Дроздов. – Чем меньше времени, меньше возможностей.
– Что ты имеешь в виду? – спросил его Президент.
– Ты сам понимаешь, что… «Китеж» надо выручать. Я привык помогать товарищам, когда они в беде.
– Но как? – снова спросил Президент.
– Не знаю, – горячился Дроздов, – но надо что-то делать.
– Нет, ты знаешь! – резко повернулся Президент. – Но говорить не хочешь…
– Хорошо, я скажу… Надо взять оружие и защищать нашу подводную базу до последней капли крови, черт побери!
– Прекрати, – спокойно и твердо сказал Президент. – Быстро же они тебя перевербовали. Когда только успели? Пока вы летели вместе в Москву? Хороша психология – раз не понимаю, хватаюсь за пистолет. Вспомни историю наших взаимоотношений с японцами и представь, что у наших отцов не хватило бы разума и терпения.
– О каком разуме ты говоришь? – перебил Дроздов.
– Уже то, что мы пока добрососедствуем, – спокойно сказал Президент, – говорит о том, что они готовы идти на компромиссы. Мы можем договориться.
– Когда в твоем дворе лает чужая собака, единственный путь – выгнать собаку, – сказал Дроздов. В свете люстры под потолком было видно, как побледнело его лицо.
– Я верю и хочу, чтобы ты верил: речь идет не о собаках, а морское дно под проливами – пока не наш двор, – спокойно ответил Президент, – и наши выдержка и терпение – это проявление разума.
– Может быть, у меня мало понимания твоего высшего разума, – отвернувшись к окну, сказал майор, – но и запасов оружия на «Китеже» еще меньше.
– Прошу тебя, иди отдохни, Андрей, – тихо отозвался Президент. – Тебе нужно отдохнуть после всех этих волнений.
– Правильно, – злясь еще больше, заметил Дроздов. – Я буду спать, а они перебьют наших, как котят.
– Прекрати, – резко прервал его Президент. – Я не прошу, а приказываю! Впрочем, – тут же постарался он загладить свою резкость, – если хочешь, можешь пойти со мной. Посмотрим, что приготовила для нас великолепная «девятка».
При их появлении несколько пожилых седовласых мужчин поднялись со своих стульев, расставленных вокруг большого круглого стола, – кроме членов «девятки» в зале находился только генконструктор фирмы «Нептун» генерал-полковник Савицкий. Охрана осталась снаружи, потому что здесь собрались заслуженные и уважаемые люди, и в ней не было необходимости.
Президент жестом предложил присутствующим садиться.
Академик Бармин расположился с противоположной стороны стола рядом с Цвигуном. Он сидел свободно, расслабленно, как профессор в лекционном зале, и никаких признаков злости и ярости, бушевавших в нем пару дней назад, уже не было заметно на его лице.
