Командующий Ленинградским фронтом Л. А. Говоров посетил дивизию 15 декабря 1942 года. Достигнутыми показателями командующий остался как будто бы доволен, но все время молчал, был неразговорчив. Напоследок обронил: «Хорошо бегут. Только по ним никто не стреляет»[195]. Волнение Говорова было понятно и передавалось всем. Операция готовилась тщательно. Ставка давала на это время, силы, снабжала практически всем, что запрашивал фронт. Но неудачу бы никто не простил. И дело не в трибунале — позади стоял Город, в котором каждый день пухли и умирали от голода мужчины, женщины, старики, дети…
А для солдат все обстояло еще проще. В журнале боевых действий 136-й стрелковой дивизии запись от 17 декабря 1942 года крайне лаконична: «Распоряжением Военного Совета Ленинградского фронта в оперативное подчинение дивизии передан 19-й отдельный заградительный отряд. Последний сосредоточен в Рыбацкое». Нет пути назад. Только вперед. За Родину! За Сталина! Справедливости ради, надо сказать, что в составе 136-й дивизии во время операции «Искра» заградительный отряд не произвел ни одного выстрела.
С 23 декабря соединения дивизии сосредоточиваются в районе восточнее села Березовка. 3 января 1943 года полки дивизии выехали на токсовский полигон для проведения заключительных учений с сопровождением пехоты огневым валом. Чтобы бойцы не ошалели в первые минуты атаки от рева артиллерии, чтобы с точностью до секунды рассчитать время начала атаки таким образом, чтобы с последним залпом солдаты уже вплотную приблизились к левому берегу Невы и, с одной стороны, не дав немцам опомниться, ворвались в траншеи, а с другой — не попали бы под огонь собственной артиллерии. Все выверялось посекундно.
Первым должны были идти штурмовые группы. В каждом полку — одна группа в 24 человека: разведчики, стрелки, саперы, огнеметчики. Их тренировали отдельно. Замысел Симоняка состоял в том, чтобы не оставлять дистанцию между штурмовой группой и основными силами. Несколько минут группе на расчистку проволочных заграждений, уничтожение дзотов, прорубание путей в минных полях противника — и сразу же атаку подхватывают полки. Одним броском, одним ударом. Тренировали пехоту, учили приемам саперного дела. Учения по уничтожению дзотов проводили в полную силу, с реальными накладными зарядами. С фронтовых складов прислали новые ботинки с шипами, полушубки, валенки. Вопреки наставлениям штабной службы Симоняк приказал оборудовать наблюдательный пункт дивизии непосредственно на берегу. Да, это не безопасно, но из леса, с расстояния трех километров, как предписывают уставы, ничего не видно. Возможность видеть поле боя искупает опасность, посчитал генерал.
Девятого января был готов приказ дивизии на начало наступления. Все соединения получили свои задачи. Подготовлена схема решения на наступление. Центральное направление атаки — Марьино. На ночь движения не прерывать. В центре участка прорыва наступает 269-й полк, справа от него — 270-й полк, слева — 342-й. В последние 20 минут артиллерийской подготовки — поддержать огневой вал всеми видами стрелкового оружия. Предварительный сигнал атаки пехоты подается с наблюдательного пункта командира дивизии за 20 минут до атаки: две белые ракеты, две красные, две зеленые. Для встречи с частями Волховского фронта частям спущены пароли, которые доведены до командиров рот включительно. Необходимо отметить, что разведданные о противнике по переднему краю прорыва были исчерпывающими, но на картах дивизии полностью отсутствовали данные о силах немцев в районах Пильня Мельница (слева от линии прорыва) и в районе Беляевских болот (справа). И Симоняка это обстоятельство крайне беспокоило.
В 9.30 12 января началась артподготовка. Немцы выпустили красные ракеты, что означает «русские перешли в атаку». В 11.50 штурмовые группы трех полков вышли на лед. Через пять минут по сигналу ракетами в атаку рванулись основные силы полков, через 6–8 минут с малыми потерями они достигают левого берега Невы. По достижении берега пехотой артиллерия переносит свой огонь в глубину обороны немцев, сопровождая наши силы огневым валом и отсекая для немцев возможность оперативной переброски подкрепления на передний край. Передний край противника оказывается прорван по всему фронту наступления дивизии, в 12.15 269-й стрелковый полк овладевает Марьино и выходит на его восточную окраину. Первая линия обороны немцев, бывшая неприступной долгие два года, оказалась прорванной за 25 минут.
