Авва Арсений сказал авве Александру:
– Когда нарежешь веток[73], приходи обедать ко мне. А если придут странники, поешь с ними.
Авва Александр трудился спокойно и обстоятельно. Когда же пришло время обеда, он решил дорезать ветки до конца. Между тем авва Арсений, увидев, что Александра нет, решил, что к нему пришли странники, и поел один. Авва Александр появился лишь, когда уже наступил вечер. Увидев его, старец спросил:
– У тебя были странники?
– Нет, – был ответ.
– Тогда почему же ты не пришел? – снова спросил он.
Тот ответил:
– Ты же сказал мне, чтобы я пришел, когда нарежу веток. Исполняя твое слово, я не приходил, пока не закончил работу.
Услышав это, старец изумился его точности.
– Быстрей заканчивай свой пост, – посоветовал он, – соверши молитвословие и выпей воды, иначе твое тело скоро ослабеет [74].
2. Однажды Авва Авраам пришел к авве Арию. Когда они сидели вдвоем, один брат подошел к старцу Арию и спросил:
– Скажи, что мне делать, чтобы спастись.
Старец ответил:
– Иди и весь этот год вкушай хлеб с солью вечером. Потом приходи, и я скажу, что тебе делать дальше.
Брат ушел и делал так. Через год он снова пришел к авве Арию и опять застал у него старца Авраама. Авва Арий на этот раз посоветовал ему:
– Иди и постись весь этот год через каждые два дня.
Когда брат ушел, авва Авраам спросил:
– Почему всем братьям ты налагаешь легкое бремя, а на него – тяжелое?
Авва Арий ответил:
– Братья, чего ищут, о том и получают от меня ответ. А этот ради Бога приходит услышать слово, потому что он подвижник, и что ему ни скажу, все исполняет усердно. Вот почему я и говорю ему слово Божие.
Об авве Иоанне Колове рассказывали, что, удалившись в Скит к одному фивейскому старцу, он поселился в пустыне. Его старец взял сухое дерево, посадил его в землю и сказал:
– Каждый день поливай это дерево кувшином воды, пока не даст плода.
А источник был далеко: Иоанн уходил за водой вечером и возвращался (только) к утру. Через три года дерево ожило, и на нем созрел грецкий орех. Старец, сорвав его, отнес в церковь и сказал братьям:
– Примите, ядите плод смирения.
Один Фивейский житель пришел к авве Сисою, желая стать монахом. Старец спросил:
– Не остался ли кто-нибудь у тебя в миру.
– Сын, – ответил тот.
– Пойди и брось его в реку и тогда станешь монахом, – сказал старец.
Фивеец взял сына и пошел с ним к реке. А старец тут же послал вслед за ним брата, чтобы остановить его, если тот вдруг надумает и в самом деле так поступить. Только отец собрался было бросить сына в реку, как брат преградил ему путь и стал отговаривать его, но фивеец сказал монаху:
– Отойди! Авва велел мне бросить его в реку.
– А теперь велит не бросать его, – сказал монах.
Тот остановился, пошел к старцу и стал опытным монахом.
Подобный случай приводится и в рассказе Патермуфия, о котором упоминает святой Кассиан.
Как рассказывал кто-то из отцов, некий схоластик[75] из Феополя [76], человек благочестивый, попросил одного отшельника принять его и помочь стать монахом. Старец сказал:
– Если хочешь быть принятым, пойди, продай свое имение и раздай нищим, как заповедал Господь, и я приму тебя.
Тот так и сделал. Тогда старец сказал:
– Теперь исполни и другую мою заповедь: не разговаривай.
Схоластик согласился и за пять лет не проронил ни слова, и
некоторые принялись прославлять его, и тогда авва сказал ему:
– Тебе не полезно оставаться здесь, лучше отправлю-ка я тебя в Египет, в киновию. Но посылая молчальника в Египет, старец не сказал, должно ли ему продолжать безмолвие или можно говорить. Схоластик же продолжал соблюдать заповедь и не разговаривал.
Принявший его авва, желая проверить, он на самом деле немой или нет, дал подвижнику послушание – переправиться через разлившуюся реку на другой берег, чтобы ему потом пришлось сказать: я не смог перебраться через реку. Вслед за ним он послал и брата, чтобы проверить, как все будет.
Схоластик подошел к реке и, убедившись, что преодолеть ее невозможно, стал на колени. К нему тут же подплыл крокодил и подставил спину. Он влез на него, и хищник перевез его
на другой берег. Когда он исполнил послушание и снова подошел к реке, крокодил опять подплыл к нему и перевез его обратно. Брат, посланный вслед за схоластиком, рассказал о виденном авве и братьям, и те пришли в изумление. Через некоторое время ученый почил. Египетский авва написал авве, который направил покойного к нему: «Ты мне прислал хоть и немого, но ангела Божия». «На самом деле он не был немым, – ответил отшельник, – но молчал, соблюдая заповедь, которую я дал ему с самого начала». Услышав это, все удивились и прославили Бога.
У одного старца был ученик, выкупленный им (из рабства) и отличавшийся совершенным послушанием. Как-то старец сказал ему:
– Пойди растопи хорошенько печь, возьми книгу, которую мы читаем на службе, и брось в огонь.
Тот пошел и сделал так без колебаний. Как только книга упала в печь, пламя погасло.
