Леди Брукгемптон, у которой дрожали колени, вздохнула с облегчением, прислонилась спиной к стене и промокнула платочком вспотевший лоб. Впервые за семнадцать лет ей стало жаль этого лоботряса Гаррета де Монфора: одному богу известно, что сделает с ним старший братец, когда отыщет.
Они успели на дилижанс, следовавший из Лондона, и на сей раз ехали без приключений: разбойники не напали, дорога не раскисла от дождя, да и дождя, который отравлял бы жизнь пассажирам на империале, тоже не было.
Джульет держала Шарлотту на коленях, а Гаррет дремал на сиденье напротив. Наблюдая в окошко, как по небу плывут легкие облака и меняется ландшафт местности, она думала об их дальнейшей семейной жизни, и планы Гаррета на будущее, о которых он говорил с таким энтузиазмом, ей не внушали доверия. Она даже представить себе не могла, как аристократ, рожденный для жизни легкой и утонченной, второй сын герцога, унизится до столь вульгарного ремесла, как драка на потеху толпе. В какую авантюру он их втягивает?
Хорошо еще, что Абингдон, расположенный к югу от университетского городка Оксфорда, находится не очень далеко от владений герцога Блэкхита, к которому она могла бы обратиться за помощью в случае крайней необходимости.
Гаррет, конечно, никогда не согласится на это. В ответ на ее расспросы он наконец признался – хотя весьма неохотно и не вдаваясь в подробности, – где провел остаток их брачной ночи. Стоило представить себе мужа спящим на голом полу в холодной сырой конюшне, и ей захотелось задушить его собственными руками. Его непомерная гордость их всех погубит, если пустить все на самотек. Вместо того чтобы привезти их в Блэкхит, под крылышко к герцогу, он решил принять унизительное предложение Спеллинга.
Джульет взглянула на его по-детски умиротворенное лицо в обрамлении выбившихся из косицы прядей. Его гордость, по-видимому, не страдала от того, что он намеревался работать на человека, значительно ниже его и по положению, и по происхождению, однако обратиться за помощью к старшему брату не позволяла. Почему? Возможно, это связано с его отношениями с властным герцогом Блэкхитом?
Как бы то ни было, но он явно хотел доказать, что ничуть не хуже Чарльза и способен самостоятельно принимать решения. Джульет очень хотелось, чтобы ему все удалось.
Дилижанс остановился у придорожной гостиницы, чтобы сменить лошадей. Несколько пассажиров, сидевших на империале, вышли, а их место заняли новые. Гаррет, вытянув длинные ноги, зевнул, сонно улыбнулся ей и, прислонившись щекой к спинке сиденья, опять погрузился в сон. Выглядел он так трогательно, что ей хотелось прижать его голову к груди, и лишь присутствие других пассажиров удерживало. Она улыбнулась: по всей вероятности, заботы действительно ее мужа не тяготили.
Из всего вздора, что наплели эти дамочки, только одно было верно: Гаррет и Чарльз отличались друг от друга как небо от земли. Невозможно даже представить, чтобы Чарльз вовлек их в подобную авантюру и потом вот так спокойно задремал, совершенно уверенный в том, что все будет замечательно. И уж вовсе невероятным казалось, чтобы Чарльз согласился драться на шпагах ради денег.
Джульет озадаченно нахмурила лоб, вдруг подумав, что не видела Чарльза чуть более года, а черты его лица почти стерлись из памяти. Когда она пыталась представить себе его строго сжатые губы, перед ней возникала ленивая, озорная усмешка Гаррета; когда хотела вспомнить тембр его голоса, слышала беззаботный смех Гаррета.
Ее взгляд невольно упал на аристократические руки с длинными пальцами, праздно лежавшие на коленях, и вдруг вспомнилось, что он проделывал этими пальцами и этими губами, которые сейчас приоткрылись во сне. По телу прокатилась горячая волна желания, груди напряглись, сердце учащенно забилось, и она с чувством вины подумала о том, кто лежал в сырой земле за тысячи миль отсюда, и кто был отцом ее маленькой дочери.
Пытаясь оживить воспоминания, Джульет взяла в руку медальон с его портретом, висевший на шее, и вгляделась в него. Миниатюра была сделана в Бостоне за два месяца до гибели Чарльза, и художнику удалось мастерски передать не только черты лица, но и характер. Она долго смотрела на его светлые волосы, припудренные перед тем, как позировать, твердое, мужественное очертание губ, целеустремленный взгляд обманчиво мечтательных голубых глаз и, как ни странно, ничего не чувствовала.
Со вздохом она вернула миниатюру на место, за лиф платья, и, прижав дочь к груди, стала опять смотреть в окно. Ей было странно осознавать, как быстро угасло чувство к Чарльзу и, напротив, разгорелось к Гаррету.
Джульет так погрузилась в свои думы, что не замечала, как пристально за ней наблюдает из-под полуопущенных ресниц Гаррет.
Построенный из великолепного розового камня особняк в поместье Суонторп, расположенном на плодородном берегу Темзы, буквально поразил Джульет. Ничего красивее ей видеть не приходилось.
