— Врешь, сучка, — предвкушая поживу, конопатый громила разыгрывал свою роль без особого чувства. — Признавайся, этот тип лазил к тебе под юбку, — он положил на столешницу массивные кулаки и наклонился вперед. — Что, парень, решил поразвлечься с чужой девкой? За такое можно и башки лишиться.
— Мы просто выпили немного, вот и все.
Ответом ему стал плевок, чуть не долетевший до Фрэнка.
— А я говорю, что ты лживый похотливый щенок, — с чувством произнес громила Сэм. — Спорю, уже обгадился от страха?
Пальцы Ломаного Носа танцевали, нетерпеливые, над самым большим из ножей.
Они провоцировали его — похоже, Фрэнк должен был нанести первый удар. Но что-то подсказывало ему, что так или иначе, а без ударов не обойдется.
— Я сказал, мы просто выпили, — повторил он спокойно.
— Молокосос трусливый, — отвращение мешалось в голосе с разочарованием. А потом Конопатый схватился за кинжал.
Оторвавшись от скамьи, Фрэнк потянул меч из ножен, но девица повисла у него на руке, причитая: — Не трогай его, Сэм, мы ничего дурного не делали, Сэм!
Фрэнк попытался освободиться, но она вцепилась в него мертвой хваткой. Ну же, ударь ее, подсказывал рассудок. Она поможет им тебя зарезать, и глазом не моргнет.
Ломаный Нос начал обходить стол справа — вот-вот зайдет сбоку.
Сэм сделал выпад кинжалом, от которого Фрэнк увернулся, однако настоящая опасность заключалась в левом кулаке громилы. Фрэнк понял это слишком поздно, когда уже летел спиной назад на встречу с полом, в глазах — искры.
Он приложился затылком о землю, все вокруг закружилось, зато от девицы он освободился.
Фрэнк тут же подскочил на ноги, слепо метнулся в сторону, ожидая в любой момент получить удар сзади — он уже слышал шаги за спиной. Налетел на стену, развернулся, выставив перед собой меч и кинжал. Зрение снова сфокусировалось, и он увидел, что Ломаный Нос отстал от него всего на какой-нибудь ярд.
Сейчас бандит замер, с ножом, уже занесенным для удара, прикидывая, насколько Фрэнк опасен.
Сэм неспешно присоединился к подельнику. Его меч уже покинул ножны, широкое лезвие — немного покороче, чем у Фрэнка. — Бросай меч-то, порежешься, — Холодные глаза Сэма изучали позу и оружие Фрэнка, и кажется, ни то ни другое его не впечатляло. — Мы тебя слегка поколотим, чтобы не трогал чужих баб, а убивать не будем, не боись. А шмотье твое нам на память останется.
Фрэнк заметил, что двое посетителей заспешили к выходу, опасливо оборачиваясь. Остальные уделяли Фрэнку и компании не больше внимания, чем собачьей склоке — пара ленивых взглядов, и все.
— Положи оружие, и мы тоже наше положим! — предложил Сэм.
Его молчаливый подельник взял со стола кружку, взвесил в руке. Фрэнк приготовился уворачиваться, а затем и драться — за броском последует нападение.
— Красные псы! — крикнула девица.
Двое громил замерли. Фрэнк поднял голову, и с немалым облегчением обнаружил, что в дверях показались Кевин и Красавчик.
— Именем закона! — гаркнул Ищейка с роскошными усами. — Никому не двигаться.
Посетители повскакивали на ноги, тот, кто сидел у подножья лестницы, схватился за меч.
Ищейки спустились на пару ступеней и взирали на честную компанию сверху вниз.
— Все могут убрать оружие и убираться по одному, — сказал Красавчик. — Кроме тех двоих, что нападали на честного человека, и рыжей шлюхи. Да, я о тебе, Кот, и твоем дружке.
Первой к выходу устремилась потаскушка, пышнотелая блондинка, забывшая в спешке даже зашнуровать корсет. Белая грудь ее тряслась, как желе. Красавчик хлопнул в напутствие по широкому заду. Следующим стал клиент шлюхи, с опаской протиснувшийся по лестнице мимо двоих Ищеек.
Остальные торопились меньше. Шестеро мужчин смотрели на представителей закона, держа руки на оружии, и в глазах их не было страха.
Кевин спустился на предпоследнюю ступень, благородная сталь его меча отливала в полумраке серебром. От него исходило больше угрозы, чем от всех потрепанных головорезов вместе взятых, но соотношение сил Фрэнку совсем не нравилось.
В глубине кабака, надвинув на лоб черную шапку, сидел седьмой посетитель — коренастый, широкоплечий угрюмец. Он не потрудился подняться, когда вошли Ищейки, и сейчас спокойно допил свое пиво. Крякнул, грохнул кружкой о стол, встал.
— Может, вам самим убраться, пока целы? — Коренастый постучал по столешнице большим тесаком, появившемся в лапе. Широкое плоское лицо, изрытое угрями, ничего не выражало. — Или шавки хотят, шоб им подрезали хвосты?
— Ааа, Черный Том Блед, — обрадовался Красавчик. — Да, вот тебя мы тоже милостиво попросим задержаться.
Следующим к ступеням двинулся, опустив голову и запахнувшись в плащ, тот, кого Фрэнк счел вышибалой. Ступил на первую ступень — и вдруг резко развернулся. В левой руке блеснул длинный кинжал.
Кевин встретил его удар ответным, такой силы, что нападавшего наполовину развернуло на месте, а кинжал зазвенел по каменным плитам. Вторым взмахом фламберг Грасса снес мужчине голову.
Тупой стук тела об пол, и — мертвенная тишина.
