— Кто-то за это заплатит — я вам обещаю, — весомо произнес Роули. Бугристая рожа его сегодня была особенно багровой и страшной, глазки — такими красными, словно в них полопалась половина сосудов. Кэп без колебаний отправил бы их всех в преисподнюю, помоги ему это подняться по службе, но пьянчуге пришлось не по нутру, что это право мог кто-то присвоить.
— Дорого заплатит, — кивнул Алоиз Бриль, хмурый и собранный. Они с Касом переглянулись. — Для начала, надо разобраться, кто мог нанести подобный удар.
— Я изучил раны, — Стрэтнем невозмутимо вытирал платком пальцы, похожие на лапки паука, каждый по отдельности. Иногда Кевину казалось — когда костоправ сдохнет, пальцы эти еще долго будут скрести изнутри стенки гроба. — И считаю, что его убили при помощи кинжала. Глубокий удар в живот, с поворотом. Потом, чтобы добить, еще один, точно меж ребер. Потом изрезали лицо — работа уверенная. Я заметил на теле еще синяки и порезы, которые кажутся мне более ранними. Впрочем, тело долго пробыло в воде… — Коли этот жалел о Красавчике, то неплохо маскировался.
— Трусы! — Щеки Нюхача блестели от слез. — На него напало сразу несколько мерзавцев, или же кто-то застал его врасплох. Я напишу элегию в его честь… — Горе-Ищейка вытер рукавом сопливый нос.
"
— Именно, — согласился Крошка. — Не таковский он был, чтобы дать себя зарезать кинжалом уличной швали.
— Лью хорошо умел владеть оружием, — подтвердил Рок Борден угрюмо.
Кевин согласился, повысив голос, чтобы они услышали его из дальнего угла: — Да уж получше, чем большинство из вас. Хотя и на половину не так хорошо, как я.
— Он много выпил перед тем, как мы расстались, — неуверенно заметил Делион. — Не следовало нам расходиться по одному.
На чистеньком личике Фрэнка было торжественно-серьезное выражение. Разумеется, зная Доджиза пару дней, он считал своим долгом принимать эту трагическую потерю близко к сердцу. Когда Фрэнк смотрел на Кевина, в светло-серых глазах появлялось сочувствие, от которого просто выворачивало наизнанку.
— В чем другом, а в неумении пить Красавчика не обвинишь, — возразил Кевин, отдавая тому должное. — Мы все были настороже после стычки — едва ль он оказался бы настолько туп, чтобы позволить какому-нибудь сомнительному типу застать себя врасплох.
— Что за стычка?! — насторожился Роули.
Кевин взглянул на Делиона, предоставляя говорить ему.
— С Черепами, — словно нехотя произнес Фрэнк. — Но не стоит спешить…
Глазки Роули сузились до щелочек. — Могло такое быть, чтоб мерзавцы подкараулили Доджиза, когда он остался один, и расплатились за заварушку?
Кевин пожал плечами. — Наверняка они жаждали это проделать — он перерезал глотку их человеку.
— С Черепами?! — Старик так дернул себя за длинный ус, что, кажется, едва не оторвал. — Да ведь среди этих недостойных головорезов вертится тот щенок, физиономию которого испортил наш Красавчик! Он давно затаил на него зуб!
— Франт, — Делион кивнул. — Я сразу подумал о нем, но не стоит торопиться. Ведь мы, кажется, скрылись от этих бандитов, и…
— Слежки я не заметил, — подтвердил Кевин. — А я такие вещи обычно подмечаю, хотя… — Хотя его мысли тогда были заняты совсем другим.
— Интересно, куда мог пойти Красавчик после таверны? Он что-то такое говорил перед уходом… — продолжал лепетать Делион.
Но никто его, конечно, не слушал.
— Схватить его и поджарить! — выкрикнул Комар. — Будем трясти Черепов, пока не выдадут тварь!
— Их много, — опасливо заметил Нюхач. — В открытом бою нам с ними не управиться.
— Это надо продумать, — согласился Роули, медленно кивая. — Чтобы не было новых жертв.
Вот ведь сборище храбрецов! Впрочем, другого он и не ждал. Хватит слушать блеяние овец — пришло время действовать.
Скамья болезненно скрипнула, когда Кевин поднялся с места. — Я найду Франта сам, и притащу сюда — живого или мертвого.
Было смешно видеть изумление на всех этих рожах. И без того не отмеченные печатью интеллекта, сейчас они выглядели еще тупее. От Кевина Грасса Ищейки такого не ждали.
И тут от стены отлепился хромоногий Борден. — Я с тобой.
— Я тоже! — Комар тряханул мечом. Единственный глаз его сердито горел.
— И я, — отозвался Бриль.
"
Они были нужны ему, как больная люэсом шлюха.
— Я иду один, — отрезал Кевин, обводя их таким взглядом, что кое-кто тут же подался назад. — Вернусь с Франтом или его головой, или не вернусь вообще. Тогда — вперед, делайте, что хотите.
Старик выпятил нижнюю челюсть. — Думаешь, месть принадлежит тебе одному?!
— Они вроде как были друзьями, — неуверенно заметил Нюхач.
Видят Боги,
