Блаженны алчущие полностью

Дениза спустилась еще на ступеньку. — Ты тоже думаешь о том, как все сложилось бы, если бы в ту ночь нам не помешал проклятый Мелеар?

Они оказалась в опасной близости. Аромат винограда и южной ночи опутал его невидимой сетью. Притянуть ее к себе было бы так легко…

— Мне правда надо идти.

Дениза вскинула голову. — Что ж, простите, что задержала.

Она развернулась и поспешила вверх по лестнице, стуча каблучками.

Фрэнк с сожалением посмотрел ей вслед. Зачем они ранят друг друга? Будто и так недостаточно больно.

Как ни велело сердце догнать ее, неотложное дело ждало его в другой стороне. Перепрыгивая через ступени, он побежал в сад, на свежий, чистый воздух.

IX.

Рассвет струился в широкие окна, проливая безжалостный свет на ошметки того, что было пышным празднеством.

В луже вина плавали розовые лепестки. Пустая бутылка, обрывки лент, одинокая маска… Ренэ приходилось внимательно смотреть под ноги.

Она не знала точно, сколько времени прошло с тех пор, как они с Бэзилом расстались в натянутом молчании, но бал-маскарад успел захлебнуться в вине. Те гости, что могли держаться на ногах, куда-то поисчезали, а с ними и полуголые виночерпии обоих полов. Иногда Ренэ слышала приглушенные стоны, доносящиеся из укромных уголков, и старательно таковые обходила. Остальные лежали там, где им отказали силы — Ренэ едва не наступила на кавалера, который спал, завернувшись в оборванный шелковый занавес. Лакеи брали в пьянстве пример с господ, а музыканты безбожно фальшивили.

Ренэ искала свою новую подругу, чтобы попрощаться перед уходом, но леди Картмор нигде не было видно. Не встретились ей ни Ален, ни блондин с печальным взглядом, который так смотрел на Денизу.

К прочим звукам примешивался мощный храп, доносившийся из дальнего угла. Там, на диване, лицом вниз, развалился какой-то тип. Ренэ бросила на него взгляд, проходя мимо, — и остановилась. Одного знакомца она все же нашла, и на губах заиграла озорная улыбка.

Ренэ подкралась на цыпочках… Да, точно, это его дублет, его парик, сползший сейчас набекрень. Его пузо. Что бы такое с ним сотворить? Она подумала о том, чтобы припрятать его сапоги, но было вполне вероятно, что захмелевшего господина Толстые Губы отнесут в карету слуги.

Несколько мгновений Ренэ колебалась, прислушиваясь к низким раскатистым звукам.

— Нашли кого-то себе по нраву? Так не стесняйтесь, прыгайте на него. — Бэзил снова застал ее врасплох.

— Тише! Это он. Тот самый, что ущипнул меня.

Бэзил подошел к дивану по какой-то странной изогнутой линии — видно, тоже был не слишком трезв.

— Хм, — Он становился рядом с Ренэ, слегка покачиваясь, и с отвращением уставился на спящего. — Точно, Мерсед, как я и думал. Жирная скотина.

— Может быть… — Она колебалась. Как Бэзил к этому отнесется? Наконец, решилась: — Может, стянем с него штаны?

Молодой Картмор мотнул головой. — Никто даже внимания не обратит. Меньше всего — он сам. Подождите мгновение.

Бэзил исчез, а когда вернулся, в его руке был маленький ножик.

— Что вы хотите делать!? — приглушенно ахнула Ренэ.

— Стоило бы его кастрировать, конечно, но тогда он точно проснется. К тому же, я боюсь крови. Придется ограничиться мелкой местью.

Он окончательно сдернул с жертвы парик и принялся клочьями обрезать светлые кудряшки, скрывавшиеся под ним. Ренэ наблюдала за процессом, затая дыхание, но Мерсед продолжал храпеть.

Результат получился настолько отвратительный, насколько можно было надеяться. Голову ее врага теперь покрывали залысины и торчащие во все стороны ошметки волос. — Увы — такую уродливую свинью, как эту, сделать хуже нелегко, — посетовал Бэзил. — Я велю слуге помочиться на него. Но даже и это…

Какой-то шорох… Шаги? — Бежим!

Она схватила Бэзила за руку и, вдвоем, они вылетели в другую комнату, перепрыгнув через валявшегося в проходе гостя. Когда за спинами закрылась вторая пара двойных дверей, Бэзил выпустил ладонь Ренэ и, непонятно зачем, проделал пируэт с грацией, какая впечатляла в пьяном.

Ренэ задыхалась от бега, ей хотелось смеяться. Когда Бэзил обернулся, она невольно подумала — а что, если этот наглец сейчас посмеет меня поцеловать?

Он прыгнул к ней, словно в танце, и взял за плечи, с решимостью, какой не наблюдалось прежде. Ренэ заглянула в бледное лицо — и отпрянула, когда он потянулся к ее губам.

Ее принц выглядел как-то не так. В глазах — лихорадочный блеск, а его зрачки… Они сузились до точек.

— Вы такая невинная, — пробормотал Бэзил, покачав головой. — Свеженькая, словно только что родились на свет. Вам стоило остаться в своей провинции. Жаль!..

Когда он снова полез к ней с поцелуем, она отвернула голову. Его губы уткнулись в щеку и скользнули вниз по шее — вялое, оскорбительно небрежное прикосновение.

— Я — замужняя дама! — огрызнулась Ренэ, выворачиваясь из объятий. — Вы меня с кем-то спутали!