— Вы двое идите дальше, как ни в чем не бывало, — велел Кевин. — Я отстану.
Когда они достигли конца проулка и завернули за угол, Грасс шагнул в сторону и слился со стеной.
От усилий, которых стоило не оглядываться, у Фрэнка каменела шея. Он кусал губы, охваченный азартом. А Филип вышагивал рядом, как ни в чем не бывало, поглядывая в окна домов. Навстречу — никого.
— Вдруг это кто-то, кто связан с заговором? — шепнул Фрэнк другу. — Нельзя упустить шпиона!
— О, Кевин его не упустит, — равнодушно ответил Филип, взяв его под локоть. — Погляди, какой цветочек выглядывает из окна второго этажа, там, где зеленые занавески.
Фрэнку было не до девиц. К счастью, его мучениям вскоре пришел конец — за спиной раздался шум борьбы.
Человек, попавший в лапы к Грассу, был в плаще и надвинутой на лоб шляпе. Кевин вдавливал его в стену, держа за горло, ноги в высоких сапогах уже беспомощно бились над землей. Незнакомец потянул на свободу меч, висевший на перевязи, но Кевин перехватил его запястье, и сдавливал, пока тот не разжал пальцы с хриплым криком.
Фрэнк и Филип поспешили на подмогу. Впрочем, Грасс в ней не нуждался — он занимался тем, что умел и любил. Пару раз приложив незнакомца головой о каменную кладку, отпустил его — и тут же наградил коротким хуком в нос. В стороны прыснула кровь, шляпа упала, а бедный шпион сполз на землю, задрав к небу обмякшее, залитое алым лицо. Всмотревшись, Фрэнк ощутил укол узнавания. Неужели…
Грасс нагнулся и вытащил у жертвы меч, затем хлестнул по щекам, приводя в чувство. Еще раз. Пощечины оказали свое живительное действие — молодой человек заморгал, прояснившийся взгляд устремился, наливаясь ужасом, мимо его мучителя — к Филипу.
— Привет, Ален, — Картмор приветствовал знакомца вполне дружелюбно, так, словно они встретились на роскошном приеме. На вечере вроде того, где с Аленом познакомился Фрэнк.
Молодой человек с разбитым носом молчал, привалившись к стене, и тяжело дышал. То ли не мог говорить, то ли выжидал время. Его взгляд скользнул вправо, глаза расширились. — Вы! — Ален тоже запомнил их с Фрэнком встречу. — Вы, в плаще Ищейки!
— Не знаю, сударь, почему это вас удивляет — или интересует, —
— Никогда! Как вы осме…
Грасс оборвал протест, хлопнув Алена под челюсть, как нашкодившего щенка. Этот удар напомнил бедняге о его положении — он заметался, не в себе от ярости и шока. Пальцы скребли воздух там, где должна была быть рукоять меча, ноги месили грязь. Кевин безжалостно ткнул меж ними носком сапога и тихо засмеялся в ответ на вой, прорезавший воздух.
Фрэнк покосился на Филипа — тот, скрестив руки на груди, наблюдал за экзекуцией с отвлеченным интересом. Спина Алена изогнулась от мучительной боли, так, что казалось, позвоночник сейчас треснет, не выдержав напряжения. Бедняга хватал воздух ртом, теперь уж точно лишившись дара речи. Не успел молодой кавалер очухаться, как Кевин сгреб его за шиворот и вздернул на ноги, силой удерживая в вертикальном положении.
— Кто тебя послал?! — Новая пощечина.
— Ты!.. Грязный… Грязная Ищейка! — Боль и оскорбленная гордость заставляли Алена трястись будто в лихорадке. — Никто не смеет поднимать руку на дворянина!
— Кроме. Того. Кто. Сильнее. Него! — Каждое слово Грасса сопровождалось ударом или пощечиной, которые заставляли Алена отплясывать странную пляску, не оставляя времени замахнуться для ответного удара.
Фрэнку было жаль его, но… Вдруг этот человек замешан в Заговоре? Тут уже не до нежностей — дело государственной важности.
Грасс входил в азарт. Удар под дых заставил Алена опуститься на колени, второй — закашляться, согнувшись.
— Думаю, довольно, — обронил наконец Филип. Грасс покосился на него и продолжил бить, далеко не в полную силу, но со вкусом. Его правая методично работала, кулак вздымался и опускался.
Фрэнк шагнул вперед, но Филип придержал его за плечо.
— Грасс, — произнес он спокойно, — ты уверен, что хочешь оказать мне услугу, забив до смерти любовника моей супруги?
Это заставило Кевина призадуматься. Когда он разжал пальцы, сжимавшие ворот трещавшего по швам дублета, Ален приземлился прямиком в лужу. Каблук сапога впился ему в ребра сверху, прижимая к размякшей земле.
Ален пытался поднять голову. — Немедленно отпусти меня, мразь! Ты заплатишь!.. Филип, что происходит?!.. Как вы можете смотреть, как… — он захлебнулся собственным возмущением.
Филип чуть склонился вперед, рассматривая его с холодным любопытством. — "Что происходит?" Это я должен спросить вас, Ален. За каким чертом вам понадобилось за мною следить?
— Я не следил, я просто шел, я…
Филип глянул на Кевина, тот принял немой сигнал. Каблук поднялся в воздух и впечатался в грудную клетку Алена с новой силой. Короткий вой…
