Гвен ненадолго отвернулась, глядя на розовый куст, где оставалась всего одна, уже завядшая, белая роза. Потом медленно, словно через силу, посмотрела на Кевина. — Но больнее всего мне вспоминать, как я поступила с вами.
Ему не раз приводилось испытывать ощущение, что он смотрит на себя и окружающих со стороны — немой наблюдатель за серыми тенями, которые произносят слова и делают движения, лишенные смысла. Сейчас оно снова обволокло его, как мутное блеклое марево.
— Уверяю вас, у меня нет, и не может быть к вам никаких претензий, — Да, он совсем разучился улыбаться. Губы словно заржавели.
— Полагаю, ваша жизнь так полна событий, опасностей и подвигов, что вам некогда и незачем вспоминать о том, что прошло, — проговорила Гвен задумчиво.
— Моя жизнь — это копание в грязи, — он ответил суше, чем собирался. — Я — Ищейка, как вы заметили. Охочусь за всяким сбродом.
— И защищаете детей.
— Сейчас мы разыскиваем пропавшего скрипача, —
— Я постараюсь разговорить ее, — пообещала Гвен. — У меня это иногда получается с нашими детишками. Она замолчала.
Тьма подползала все ближе, притворяясь тенью от стен. Скоро она их затопит. Как тогда — но совсем по-другому. Надо уходить отсюда, бежать — впереди ждет куча дел.
Его не интересовало, что за борьба отразилась на лице Гвен, только что таком спокойном. Лишь бы молчала и дала ему уйти.
А она разбила тишину: — Вы еще придете?.. Потом, когда вашу подопечную можно будет забрать домой?
— Нет, — Вышло слишком резко. — Видите ли, обычно я выполняю совсем другие задания. И они почти не оставляют мне свободного времени. Думаю, дев… девочку заберут родные.
И даже под страхом смертной казни Кевин больше не покажется в приюте Священного Копытца.
— Понимаю, — произнесла Гвен мягко, и было ясно, что она и впрямь все слишком хорошо понимает. — Я спросила потому… потому что трусиха. И думала, не отложить ли эту беседу до следующего раза. Может, написать письмо — хотя это, наверное, еще менее благоразумно.
Зверь, живший в нем, уже поднимал голову — злоба тем более мучительная, что ее надо скрывать за вежливой гримасой. Какого черта он должен торчать здесь, обгладывая косточки давно издохшего прошлого? Уж от этого-то унижения она могла бы его избавить.
А Гвен — госпожа Бероэ — все говорила: — Для меня огромное облегчение видеть, что у вас все хорошо. Я слышала про тот… то… что с вами случилось. И поверьте, мое сердце обливалось кровью.
— Совершенно зря, — удалось протолкнуть сквозь сжатые зубы.
Чудесно, значит, она знает о его позоре. И если служить Ищейкой, по ее мнению, это "хорошо"…
— Моя жизнь не так насыщена событиями, как ваша, даже обязанностями по дому я почти не обременена — там много лет заправляет старшая сестра моего мужа, весьма достойная и деятельная особа, и мое вмешательство ей не требуется. Конечно, я стараюсь заполнить досуг полезными делами, и теперь, когда нам удалось открыть этот приют, у меня всегда есть, куда приложить силы. И все же, наверно, не удивительно, что я часто перебираю в памяти события прошлого — тем паче, что мне-то есть в чем себя упрекнуть… И все это время я часто вспоминала вас, вашу доброту ко мне, тогда… Которой я совсем не заслужила.
— Какая там доброта!.. — Он разрубил воздух рукой, отбивая это слово, словно брошенный в него камень. Заметались потревоженные кусты.
Лучше б его подвесили на дыбе и загоняли кулаки под ребра. Злость уступила место вине. Он ощущал во рту ее привычный прогорклый вкус, такой едкий, что хотелось блевать.
— Да-да, доброта, — продолжал его любезный палач. — Она часто служила мне утешением… потом. И заставляла думать, что вы не приняли близко к сердцу ту историю, иначе вряд ли могли бы быть со мной так великодушны. Что до вашего предупреждения, поверьте, я его оценила. И если оно не помогло — в том я могу винить только себя.
Если бы Кевин отрезал Филипу голову, это бы помогло. Но он этого не сделал — и в этом уже его вина.
Видно, что-то отразилось на его лице, потому что она прибавила, опустив глаза: — Да, вы все правильно поняли. Все произошло так, как вы и говорили, и у меня даже нет того оправдания, что я не ведала, какой дорогой иду. Думаю, вы можете догадаться и о последствиях… последствиях моего падения.
Он сжал кулаки так, что затрещали кости.
Кевин отступил на шаг — этот камень попал прямо в солнечное сплетение.
