Фрэнк замер, напрягая слух. Сперва он различал только неистовое, оглушительное биение своего пульса. Но потом…
Тьма дышала, и не одним набором легких. Звуки ползли со всех сторон, будто в подвале притаилась армия демонов с заложенными носами. Воздух шевелился, теплые дуновения на лице как непрошеная ласка.
И шелест…
— Комар, встань рядом! — велел Фрэнк. Слова умерли, не породив эха. — Если здесь кто-то есть, не бойтесь нас! — Он наполовину вытащил из ножен кинжал. — Мы…
— Комар? Отзовись! Фрэнк напрягся, ожидая, что вот-вот раздастся знакомый голос. Вот сейчас, сейчас…
Тьма издевательски молчала в ответ.
Мысли заметались. Комар сбежал? В это было невозможно поверить. И как, без единого звука? Или… его схватили. Кто-то, кто затаился в темноте. Злоумышленники? Он их не видит, а они его — да.
— Эй, вы! Что вы сделали с моим другом? Что вам надо?
Фрэнк крутанулся на месте, а когда остановился, то понял вдруг, с безнадежной ясностью, что не знает, в какой стороне осталась лестница. А еще — что до ужаса боится шагнуть в черноту, чтобы найти ее.
— Отпустите его, слышите? Нас много, и мы придем за вами!
Чье-то гнилостное дыхание пошевелило волосы на затылке. Фрэнк развернулся, полоснув воздух лезвием. Ничего. Пламя факела взметнулось, опало, сердито зашипев. Выросло снова.
— Я спросил, что вам надо! Трусы!
Тьма смеялась над ним, над его жалким лепетом, шелестя, хлюпая, влажно перешептываясь. Фрэнк ощущал на себе ее глаза, безжалостные и всевидящие.
О, если б перед ним появился враг — человек ли, чудовище! Что-то из плоти и крови, что-то, с чем можно драться.
Страх вспыхнул гневом.
— Выходите! На меня! — бессмысленно бросил Фрэнк в черную бездну. Рванул вперед, в атаку. И споткнулся.
То, во что он врезался сапогом, едва устояв, оказалось человеческой ногой.
Фрэнк опустил факел ниже, изучая покойника. Что-то говорило — мертв он уже давно. Черты смазала Смерть, проведя по ним безжалостной рукой, в глазницах — монеты.
Вид тела, напомнив о миссии, помог немного овладеть собой. Но главное — он должен, обязан найти своего человека.
— Комар!!! — выкрикнул Фрэнк в очередной раз, уже без всякой надежды.
Сделал еще несколько шагов по скользкой грязи — и горло сдавило.
Она лежала впереди, в той же позе, что мужчина — так лежат покойники в храме на церемонии прощания. Девочка, нет, девушка, маленькая, худенькая, с совсем плоской грудью. Даже подойдя вплотную, Фрэнк не мог различить цвет ее волос или платья, мутно-серых в слабом свете. Лицо со впалыми щеками застыло восковой маской, монеты на глазах потемнели от сырости. В полумраке Фрэнку даже казалось, что ее руки заканчиваются культями.
Он поводил факелом — и оранжевые вспышки, мерцающие и неровные, высветили в стороне еще тело.
Вблизи Фрэнк убедился в своей страшной догадке — на покойном была черная роба пастыря.
Наружность этого мужчины даже в смерти отличали строгость и благообразие. Нечто величественное читалось в линии прямого крупного носа, жесткой складке губ, изгибе суровых бровей над лунами монет. Лицо мыслителя или святого.
— Пастырь Годлин из Арха, — назвал его Фрэнк.
И окаменел, парализованный новым страхом, таким, что лишает дыхания и прибивает к земле.
Язык вывалился наружу, скользнул по подбородку — и Фрэнк выдохнул, оживая. Всего лишь трупоед. Он до смерти испугался личинки!
Правда, на удивление большой и жирной. Червь все тянулся и тянулся, а горло пастыря раздувалось и опадало в такт его спазмам. Другой трупоед, еще толще, выполз из рукава, поблескивая молочной мутью. Фрэнк отвернулся, сдерживая позывы к рвоте. Бежать отсюда, из этого кошмара!.. Но нельзя же бросить тут Комара! И бежать — в какую сторону?
Когда он снова взглянул на труп, червь уже показался полностью. Кишка его тела заканчивалась большим наростом, а с этого комка плоти на Фрэнка смотрело причудливое, едва намеченное подобие лица. С узнаваемым прямым крупным носом. И парой блестящих глаз.
Фрэнк шарахнулся прочь. Земля поставила подножку, заскользили подошвы, и он полетел затылком назад во тьму, в ее объятия, оказавшиеся на удивление мягкими. Успев, падая, увидеть огненную дугу, которую нарисовал улетающий к потолку факел.
