Был послан к великому князю по воле Божьей один бедный человек по имени Nirnla [искаженное “Никола”? –
Немцы честно пытаются передать амбивалентный характер юродства, и в этом смысле их подозрения насчет “дьявольской личины” весьма показательны. Кроме того, в истории, рассказанной Таубе и Крузе, Никола из зажиточного становится нищим, а его двор, полный тучного скота, превращается в какую-то, видимо, тесную келью: Никола приглашает туда царя, но разговаривает с ним почему-то через окно. Наконец, несчастьем, которым угрожает царю Никола, становится уже не гибель коня, а татарский набег на Москву в 1571 году27. Вышецитированный рассказ был записан в 1572-м, а уже в следующем году на псковского чудотворца как на главную достопримечательность Пскова любовался английский посланник Джером Горсей, который так описывает встречу Грозного с Николой:
Его встретил мошенник или колдун
Как видим, легенда обросла плотью: во-первых, уже через три года после псковского похода в городе показывали какого-то юродивого, которому задним числом была приписана честь спасения земляков от царского гнева. Во-вторых, сюжет обогатился двумя важными деталями: грозой и “людоедством”. Мотив загадочной связи юродивого с молнией встречался нам и раньше (см. с. 209), но здесь впервые гроза представлена как орудие юродского гнева, и тот факт, что встреча происходит в феврале, когда и гроз-то не бывает, не способен смутить мифотворческое сознание!
Минуло еще шестнадцать лет – и ту же легенду повторяет другой английский путешественник, Джильс Флетчер, (ср ниже, с. 230), однако мы замечаем, что в нее добавился один существенный эпизод: Никола отправил царю