В конце концов, когда уже начало темнеть и снова пошел снег, кадровик объявил о завершении процесса, и нам – к тому времени нас было, возможно, пять-шесть человек, кое-кто забрел во время формальной презентации, – раздали большие синие папки с высокими стопками брошюр на скрепках. Последним напутствием кадровика было, чтобы те, кто еще потенциально заинтересован, шли домой, внимательно прочли раздаточные материалы и вернули их на следующий день – если меня не подводит память, в пятницу, – для начала следующего этапа процесса отбора.
Если честно, я ожидал собеседования и всяческих вопросов о своем образовании, опыте и направлении в плане карьеры и приверженности. Я ожидал, что они хотят убедиться, серьезно ли я настроен и не хочу ли просто обмануть Налоговую ради бесплатного образования. Не так удивительно, что я ожидал от Налоговой службы – которую мой отец, по работе имевший с ней, по понятным причинам, разные дела, боялся и уважал, – обостренных опасений из-за каких-либо обманов или мошенничеств, и помню, как переживал в долгом пути от автобусной остановки, что именно отвечать на расспросы о происхождении моего интереса и целей. Мне было важно сказать правду без того, чтобы кадровики Службы отреагировали так же, как недавно отреагировал замдекана по научной работе, или подумали обо что-нибудь вроде того, что я сам подумал о христианке с букетными сапогами из уже упомянутого воспоминания о Линденхерсте. Впрочем, насколько помню, в тот первый день от меня не требовалось почти ничего после приветствия и пары невинных вопросов – а также, разумеется, имени. Как я уже упоминал, все мое участие свелось к анкетам, на многих из которых в нижнем левом углу стоял штрих-код – я помню эту подробность, потому что это первый штрих-код в моей жизни, на который я обратил внимание.
Так или иначе, полная папка домашней работы из вербовочного пункта оказалась настолько невероятно сухой и канцелярской, что, в сущности, приходилось несколько раз перечитывать каждую строчку, чтобы извлечь из нее хоть какой-то смысл. Информация практически не укладывалась в голове. Я уже познакомился с настоящим языком бухучета в учебниках по курсам «Управленческий учет» и «Аудит I», которые как раз тогда шли – если позволяла погода – в Де Поле, но по сравнению с материалом Службы это был детский лепет. Самой большой брошюрой в папке было нечто, напечатанное слепым шрифтом, под названием
Запросы о вынесении решений касательно классификации организации как ограниченного партнерства, где корпорация является единственным главным партнером, см. Нал. Проц. 72–13, 1972-1 CB 735. Также см. Нал. Проц. 74–17, 1974-1 CB 438 и Нал. Проц. 75–16, 1975-1 CB 676. В налоговых процедурах 74–17 приводятся некоторые правила Службы относительно предварительных решений по классификации организаций, образованных как ограниченные партнерства. В налоговых процедурах 75–16 установлен чек-лист требуемых данных, часто упускаемых в запросах о вынесении решений по классификации организаций с точки зрения федерального налогообложения.
