— И на разработки францисканцев — тоже, — заметно довольная его реакцией, исторический следопыт уселась рядом, слыша звон начавшегося дождя, — а ты вовремя про зонтик сообразил. Его же в раскрытом виде сушить можно. От видео наблюдения. Тут, старик, пустырь был. Помнишь посерёдке улицы Третьяковский проезд с красивыми воротами. Русский стиль? Так там стариной и не пахнет. Согласно легенде, застрял как-то в пробке экипажей богатый купец Третьяков, на деловую встречу опоздал. А после уговорил генерала-губернатора Первопрестольной прорубить сквозной проезд. Так же весь квартал в конце Никольской улицы был снесён. Две башни стены Китай-города, церковь святой Троицы в старых полях, Владимирской иконы Божьей матери, Пантелиймонова часовня, на месте которой я ради пользы дела притворялась припадочной. А в результате образовались сразу два пустыря — этический пустырь военного коммунизма и обычный, заросший чахлыми кустами. Никакой транспортной проблемы это всё не решило. В конце 80-х тут разрослись вместо кустов палатки, и стали торговать с экономическими свободами отсутствием всякой совести.
Пока напарники сидят бок-о-бок, пережидая внезапно налетевший дождь, на серых от цементной пыли вёдрах в давно пустующем здании и стараются не думать о тройке НКВД, дожидаются сопровождающих, у нас есть несколько минут передышки. Прочитаем же тот фрагмент текста о Священной улице, к которому это имеет прямое отношение.
— Лен, ты ведь в самом начале 90-х защищалась, так? А вузовская наука вообще-то тётка ревнивая и консервативная. Как тебе удалось протащить все твои выводы — via dolorosa, мистика совпадений, сигнальные огни…