Блиц-концерт в Челси полностью

Рисовать на улицах стало почти невозможно: без разрешения министерства труда категорически запрещалось делать даже эскизы разрушенных бомбежками зданий. Каждый такой рисунок следовало заверять особым штампом, но и после проверки нельзя было делать копии изображения. Рекс Уистлер научил меня, как подать заявку в министерство. Получив разрешение, я нарисовала несколько городских пейзажей в районе Челси, а также начала писать большой портрет Ричарда. Эллиот Ходжкин женился и переехал на Ройял-Хоспитал-роуд. Я скучала, не видя больше в окне дома напротив моего соседа, привычно погруженного в работу. Этель Уокер перебралась в деревню Робин-Худс-Бэй в Северном Йоркшире и звала к себе погостить. Она также убедила меня перенести недавно купленные полотна, в том числе и написанный ею мой портрет, в подвал. По словам Этель, все дома, стоящие вдоль Темзы, рано или поздно попадут под бомбежку.

Леон Андервуд изредка наведывался в Лондон, в основном ради бесконечных препирательств с военным ведомством. Люди искусства терпеть не могут бумажной волокиты, а отдел камуфляжной росписи, на который он нынче работал, судя по всему, погряз в бюрократии. И всякий раз Леон непременно наведывался к нам на Чейн-Плейс. Встречи с ним доставляли мне подлинное удовольствие; подобно Рексу Уистлеру, Леон умел привнести нечто новое в любое дело, за которое брался.

Энн и Сесил продолжали встречаться. Энн работала на предприятии, производившем продукцию для армии. В самый разгар «Блица» она ни разу не уклонилась от опасного путешествия в Сити, где находился их офис, и никогда не отказывалась от дежурства в отряде наблюдателей. У девушки было много друзей, но всех их разметала война; единственный, кто постоянно находился рядом, – Сесил. Молодые люди много времени проводили вместе, и, как шепнул мне однажды Ларри, его сослуживец чрезвычайно серьезно относился к Энн. Мне и самой не раз приходилось видеть в дни рождественских каникул влюбленную парочку, прогуливающуюся вдоль набережной Темзы.

Одним холодным воскресным днем в середине февраля мы решили согреться и развели в камине гигантский огонь. Погода стояла ненастная, да к тому же дул сильный северо-восточный ветер. Пламя разгорелось, обволакивая нас уютным теплом. Мы с Ричардом, оба сонные после вкусного обеда, задремали в креслах перед камином. Наш покой нарушила встревоженная миссис Фрит, которая прибежала в гостиную и заявила, что дымоход горит. Мы вышли на улицу и убедились, что наша экономка не ошиблась: из трубы валили клубы отвратительного черного дыма и время от времени вырывались языки пламени. Вдвойне обидно поджечь дымоход, когда кругом и так полыхает война. Однако пламя усиливалось, и нам ничего не оставалось, как вызвать пожарных. Бригада прибыла незамедлительно. В полном составе со всем своим оборудованием они вторглись в наши владения. Развернув шланги на крыше дома, где мы устроили небольшой огород, пожарные разом уничтожили наши с Кэтлин труды. Когда же эти отважные люди начали заливать дымоход, вместе с потоком воды в комнату повалили клубы дыма и копоти. Облако липкой сажи повисло над мебелью и поползло вдоль стен. Мокрые подошвы пожарных оставляли устрашающие отпечатки на лестничных коврах и паркете. Они старательно затоптали всю гостиную, прежде чем удостоверились – огонь потушен, опасность миновала!

Мы позвали нашего дворника Тони Смита (позже он получил Георгиевский крест за отвагу, проявленную во время «Блица») и попросили прочистить дымоход. Но Тони сказал – это все равно что махать кулаками после драки, дымоход и так прогорел. Тони был удивительным человеком, временами склонным к меланхолии. Он поступил в отряд спасателей и отлично справлялся со своей работой. Коллеги особенно ценили его за храбрость и поразительное умение сохранять выдержку в любой, самой опасной ситуации. Тони пожурил нас за то, что мы так долго не чистили дымоход, и добавил: «Вам еще повезло, что возгорание случилось днем, а не ночью при отключенном электричестве. Тогда действительно пришлось бы попотеть». Тони был настоящим мастером своего дела: подметая улицу, он никогда не поднимал лишней пыли. Поэтому его чрезвычайно забавляло, каким образом люди из-за собственной небрежности ухитряются устроить такой ужасный беспорядок в собственном доме! И все же, что бы ни случилось, Тони готов был прийти на помощь. Мы с миссис Фрит всегда могли рассчитывать на него, хотя теперь, когда Тони стал спасателем, его не так-то легко было найти.