И так Мэл затянуло в калейдоскоп лавок, торговцев, подарков и нескончаемой болтовни. «Из кактусов получаются прекрасные цукаты» — и вот она уже пробует бедуинские сладости, «К нуге лучше всего подходит вот этот чай» — и ей насыпали пакетик, «Ну как же пить бедуинский чай без наших стаканов!» — и в руках уже цветочный горшочек и чайная пара. Мэл будто передавали по рукам от одного конца базара до другого. «Нет, спасибо», «Ладно, давайте», «Только немного, пожалуйста» — и она уже поддерживает гору подарков в руках подбородком.
Пока Мэл кружилась в празднике, туча подошла к рынку. Солнце в одну секунду померкло, серо-сиреневое небо нависало над головами, грозило лечь брюхом на стены. Первый порыв ветра поднял пыль.
Мэл шла, и двери перед ней захлопывались, товар убирался, навесы сворачивались. Ветер усиливался, носясь между городских стен. Собственные длинные волосы лезли херувимке в глаза, она шла, обняв подарки и надеясь успеть во дворец. Прокатился раскат грома. Мэл не видела молнию в небе, но искры сияли тут и там на шерстяных накидках бедуинов. Она зашла в тоннель под внутренней стеной. Тучам впереди не было конца: они тянулись дальше сада, дальше моря.
— Как думаешь, будет дождь?
— Не время ещё… — переговаривались укрывшиеся тут же.
Мэл знала, что это не просто туча. Она была такая же противоестественная, как буря в ту самую ночь.
Молнии пронзали небо. Воздух слабо пах тухлыми яйцами, его заволокла туманная пелена. Мэл закашлялась и посмотрела под ноги: у ворот насыпалась серая, а не рыжая пыль. Девушка хотела наклониться к ней, но заметила фигуру, одиноко стоящую перед каньоном. Хеяра. Она замерла, как изваяние, с ладонью, поднятой к небу.
Мэл хотела рассказать ей про бурю, необычную бурю, про странность этой тучи. Но у неё совсем не было доводов. «Что мне говорить? Эта туча странная потому что она похожа на другую, которая меня подбила» — но херувимка уже вышла за ворота.
В горле першило. Мэл надвинула платок на лицо, её одежду яростно трепал ветер. Хеяра опустила руку, и смотрела вдаль, на сходящийся горизонт. Херувимка и без эмпатии чувствовала её беспокойство. Верховная заметила Мэл, но не обернулась.
— От кого эти башни?
Ей нужно было оправдать своё появление, а две недостроенные громадины и правда её интересовали. Хеяра большим пальцем шевелила собранную серую пыль на ладони.
— «От таких, как я».
Это был пепел.
***
День выдался тяжёлый: всеобщая паника, незнакомое явление, спасение сада от слоя пепла — но Лариша не могла успокоиться, даже когда он закончился.
— «Херувимы пригнали эту тучу» — она опустилась в плетёное кресло, но через мгновение встала и принялась ходить по спальне.
— «Они не настолько сильны», — Хеяра стояла возле закрытого окна, стараясь не попадать под траекторию её метаний. — «Что если это Демиург?»
Лариша остановилась, её кудри пружинисто подскочили. Она смотрела на жену почти зло: та прекрасно знала, что эта тема выводит её из себя с полпинка.
— Демиург покинула этот мир. Если бы она была здесь — пришла бы ко мне. Я завтра же напишу их правителям и потребую объяснений.
Хеяра вздохнула и отвела взгляд. Демиург не была человеком и не подчинялась привычным для людей вещам. Она могла быть где угодно и делать что угодно. Даже прямо сейчас убивать одну цивилизацию и воздвигать на её месте другую.
— «Это вулканический пепел» — Хеяра провела пальцем по откосу: он был в сером слое. — «Ты же тоже понимаешь, откуда он. Тейде не извергался веками».
— «Переживаешь за родину?»
Хеяра по привычке посмотрела в окно, будто там можно было увидеть что-то, кроме резных ставен. Она скучала, но не по родным стенам или берегам, а по времени, прожитому там. И его, увы, не вернуть.
— «Нет. Моя страна уже никогда не будет для меня прежней. Но что-то странное творится с миром. Мэл рассказала, её сбила подобная буря. Как бы всё не стало хуже».
Лариша хмыкнула, соглашаясь. Полулегла на кровать, хрустя позвонками в пояснице. Хеяра заняла пуфик напротив, у туалетного столика.
— «Далеко отсюда острова?»
— «Те самые?» — Лариша приподняла голову, и, получив кивок, плюхнулась обратно. — «На другом конце света. Без преувеличений».
Хеяра ни разу не удивилась, только достала заметки, которые принесла из мастерской, и записала что-то.
— «И ты хочешь отправиться туда?»
— «Хочу», — ответила Хеяра.
Воительница и сама это знала. Иной раз она думала под шумок вернуть херувимку обратно в Теос, чтобы местные и дальше считали русалок бредом сумасшедшей, но Хеяра так просто это не спустит. Только вот что ей, Ларише, с этим делать, она ещё не решила. Лоб наморщился. Они ведь всегда были вдвоём, никому не нужные, кроме друг друга.
— «Тебе нужно расслабиться» — Хеяра легла рядом, обвила её как лоза.
Пока что она с ней.
***
Лиен набрала полные лёгкие воздуха и снова нырнула. Водные львы хэчи плавали чрезвычайно быстро, но о наездниках совсем не думали. Она покрепче ухватилась за рог на голове зверя. Рядом блестела вторая жемчужно-серая тушка, с завитками гладкой шерсти и мерцающими чешуйками на брюхе. И Таяной на спине.
