Тётя опять осеклась. Лиен догадалась, почему: однажды мама не пришла. Она обняла Ларишу, потираясь щекой, как котёнок. Бедуинка похлопала её по спине и в заключение ещё раз сжала в объятиях.
— Сегодня день копья? — Лариша перекинула руку племяннице через шею.
— Разве не сабли? — спросила Лиен, шагая к выходу.
— Не любишь копьё, да?
Лариша зажала её голову под мышкой и взъерошила волосы на темечке костяшками пальцев. Лиен пыталась вырваться из железной хватки. Сегодня правда был день копья.
— Можно я возьму меч? — взмолилась принцесса. — Копьё против меча!
Лариша отпустила её. Отворила дверь, пропуская племянницу вперёд, на солнечный дворик.
— Как скажешь, А-Лиен.
***
Тот день начинался как самый обычный. Бедуинки пополняли припасы на сельском рынке: не больше, чем на пару дней, ведь ближе к Нурану деревни встречались всё чаще. Можно было взять даже то, что не хранится долго. Таяна вот застыла у прилавка с персиками.
— Чего задумалась? — Мэл подошла к ней.
Херувимка хрустела бесплатным шашлычком из огромных креветок. К груди она прижимала и другие подарки.
— Морепродукты все свежие, — Таяна хмурилась.
Мэл откусила последний кусок креветки с шампура и хвостик торчал у неё изо рта. Она сплюнула его, как скорлупу семечки.
— Ты хочешь сказать, рыбаки выходят в море?
Таяна уже развернулась прочь от прилавка, когда весь рынок будто подбросило. Люди вскрикнули. Воительница повалилась на гору персиков. Мэл кинуло вперёд, все подарки выпали из рук. Товары покатились по улице, люди мешались друг у друга под ногами, воришки похватали упавшие вещи, началась беготня… Кругом воцарился бедлам.
— Я заплачу, — сказала Таяна недовольному продавцу: мятые персики никто не купит.
Воительница положила перед торговцем пару монет и помчалась прочь.
— Эй! А забрать? — Мэл только сложила подарки.
Но Таяна уже врезалась в толпу тараном. Невидимая тяжесть легла на грудь, коленки дрожали. Мэл схватила слоняющегося без дела Омниа и свалила ему всю поклажу. Поднялась в воздух повыше, чтобы не задеть торговые ряды.
— Таяна, куда ты?
Бедуинка услышала Мэл, подняла голову, заслоняя глаза «козырьком». Люди толкали её плечами.
— Мэл, высмотри мне Верховных! — крикнула Таяна.
Херувимка сделала кружок над рынком, вернулась.
— Их здесь нет.
Таяна взяла курс на выход, Мэл последовала за ней. Она приземлилась в стороне от протоптанной селянами дорожки. Подбежала к бедуинке, когда та показалась среди других.
— Куда ты?
Мэл шагала как могла быстро, но ей было не угнаться за воительницей, и время от времени она подлетала на крыльях.
— В Нуран, — ответила Таяна.
Скоро они остались одни на тропке, вошли в деревню. Та выглядела заброшенной: только пару петухов бегали у домов да мекали козы — ни души. Таяна остановилась посреди улицы на мгновение и направилась к лигриному прайду.
— А Верховные?
Мэл устремилась за ней в узкий проход между двух заборов.
— Нет времени. Мне кажется, мы все уже опоздали.
— Не говори так, — херувимка схватила её за локоть. — Лети на грифоне — будешь на месте через час.
Таяна развернулась к ней. На её лице смешались недоумение, благодарность и надежда.
— Я никогда не ездила на грифоне, — бедуинка обхватила руку Мэл. — Полетишь со мной?
Херувимка кивнула. Мышь должен был выдержать двоих. Они вывалились на параллельную улицу, затем на следующую. Мэл почувствовала присутствие Хеяры, как будто тонкая нить снова привязалась к сознанию. Лариша шагала им наперерез, на ходу затягивая ремень с ножнами, а Хеяра плыла следом.
— Ваши Верховенства!
— Таяна, — Лариша поравнялась с ней.
Они замешкались, явно желая рассказать друг другу слишком многое. Таяна отчеканила:
— Я лечу в Нуран. На грифоне.
— Хорошо, — Лариша положила ладонь ей на плечо. — Хорошо, напишу сопроводительное, — она развернулась обратно, в сторону постоялого двора.
— «Душа моя», — Хеяра осталась на месте, — «мы уже написали в том письме всё, что могли».
***
Солнце уже поднялось в зенит, а они всё летели, и на горизонте были только лысоватые холмы да голубое небо.
— Мы не сбились с курса? — спросила Мэл.
— Нет, — ответила Таяна, — уже море видно.
Херувимка прищурилась: между холмами и небом лежала тонкая полоска, которая вся блестела на солнце, скрывая свою синеву. Мэл наподдала Мышу.
В ложбинке меж холмов по частям поднимался маяк: воздетая рука, голова, шея, плечи. Когда путницы перемахнули вал, город оказался прямо под ними. Кирпичные дома с плоскими крышами почти вплотную подступали к курганам. Они будто были их продолжением, землистые и разновысотные. Меж домов текли брусчатые улочки и впадали в широкую набережную. Там-то и протекала вся жизнь: это и рынок, и форум, и пристань. И, конечно, на ней стояли корабли. Они были как выставленные в ряд шахматные фигуры: лодочки-пешки, юркие одномачтовые кони, грузные ладьи. И король с королевой: огромные корабли с высокой мачтой, рядами вёсел по бокам и клиновидными парусами. «Вот на таком я и поплыву к Сеилему», — подумала тогда Мэл.
— Приземлись вон туда.
