Блондинка полностью

Осколок стекла в сердце. Когда ты на восхитительном бензедриновом при́ходе, любая фраза в твой адрес преисполнена особой значимости, пронзает сердце болезненно и сладко. Бензедрин и шампанское, дивная смесь! Блондинка-Актриса лишь открывала для себя ощущения, давно знакомые всем в Голливуде.

– Это… мой отец, да?

– Кто?

Оглушительная музыка звуковой дорожки – «Девочка из Литтл-Рок». Шумная толпа, усиленный динамиками голос ведущего. Ивет не расслышала ее слов, да Блондинке-Актрисе не очень-то и хотелось, чтобы она их расслышала. (По бензедриновой логике, если таинственный посетитель действительно является отцом Нормы Джин Бейкер / Мэрилин Монро, он вряд ли сообщит об этом чужим людям; откроется лишь ей, и только в приватной обстановке.) Ивет, в изящном черном бархатном платье, с ниткой жемчуга на шее, с оловянного цвета волосами и пронзительным взглядом оловянно-свинцовых глаз, заглядывала Блондинке-Актрисе прямо в душу. Я тебя знаю. Видела твою окровавленную манду. Видела, как тебя потрошат, словно рыбу. Я все знаю. Ивет приложила палец к губам. Секрет! Не могу сказать. Блондинка-Актриса, не понимая, что мертвой хваткой вцепилась в руку этой пожилой женщины, точно восхищенный и перепуганный подросток, решила не обижаться на нее. Решила, что лучше – так непременно поступила бы Лорели Ли – просто поблагодарить ее:

– Спасибо!

Значит, мне не следует тащить к себе в номер мужчину. Напиваться. Цеплять кого попало. Вот как они думают о Мэрилин.

Бывший Спортсмен, к крайнему разочарованию рекламного отдела Студии, не пришел с Блондинкой-Актрисой на премьеру. Вместо него обворожительную белокурую красавицу сопровождали ее наставники и первые лица студии, мистер Зет и мистер Д. Бывший Спортсмен был далеко, где-то на восточном побережье, его чествовали в бейсбольном Зале славы. Или же он уехал в Ки-Уэст, ловить марлинов вместе с Папой Хэмингуэем, одним из первейших своих почитателей? Или же находился в Нью-Йорке, любимом своем городе, где тебя почти никто не узнает? Там он мог пойти поужинать с Уолтером Уинчеллом в «Сарди» или с Фрэнком Синатрой в клуб «Журавль» или посетить ресторан самого Джека Демпси на Таймс-сквер и сидеть там за столиком бывшего тяжеловеса, попивая напитки, покуривая сигары и раздавая автографы рядом с легендарным Демпси.

– Знаешь, что такое настоящая «знаменитость», Малышка? Это когда до конца жизни творишь что вздумается, а тебе за это платят.

Взяв в 1919 году чемпионский титул, Демпси потерял вкус к боксу. К рингу. К болельщикам. Даже к победе. «Победа – это для дураков». Бывший Спортсмен от души восхищался своим приятелем, тоже бывшим чемпионом – правда, в спорте более мужественном и более опасном, а потому более основательном, чем бейсбол. Восхищался этим Демпси с обвисшей слоновьей кожей, огромным жирным любителем подмигнуть и посмеяться – Эй, я всего добился! Я великий Демпси!

Блондинка-Актриса не ревновала Бывшего Спортсмена, снисходительно относилась к его мальчишеской потребности в крутых приятелях, да и сама была не прочь ее разделить.

Сколько суетливых часов ушло, чтобы подготовить Блондинку-Актрису к этому праздничному вечеру! Она приехала на Студию ровно в два, опоздав при этом на час. Явилась в слаксах, жакете, парусиновых туфлях на плоской подошве, без макияжа, разве что губы накрасила. Ни бровей, ни ресниц! Она еще не приняла прописанный ей бензедрин, а потому была в ясном уме и кислом расположении духа. Платиновые волосы были собраны в конский хвост, и выглядела она лет на шестнадцать – хорошенькая, но вполне заурядная чирлидерша из средней школы Южной Калифорнии, с необычайно развитым бюстом.

– Черт возьми, ну почему я не могу побыть собой? – жалобно спросила она. – Хотя бы раз в жизни!

Ей нравилось развлекать персонал на Студии. Нравился их смех, нравилось видеть, что она им нравится. Мэрилин одна из нас. Она славная. За ней замечена была отчаянная потребность в любви со стороны парикмахеров, гримеров, костюмерш, операторов, осветителей, целой армии сотрудников Студии, известных только по именам или прозвищам, но не по фамилиям: Ди-Ди, Трейси, Уайти, Толстушка. Знаете, какая на самом деле Мэрилин Монро? Она классная! Она дарила им подарки. Что-то из своих вещей, тоже ей подаренных, что-то покупала специально. Щедро раздавала контрамарки. Никогда не забывала спросить, как здоровье матушки, прорезались ли зубы мудрости, как поживает щенок кокер-спаниеля, как дела на любовном фронте (их любовные приключения казались ей более увлекательными, чем ее собственные).