Вроде бы, всё нормально, но Алла чувствовала, что что-то не так, что надо продолжать следить, и не ошиблась. Однажды, когда Юлия Дмитриевна возвращалась с работы, она заехала в бар, видимо, не подозревала, что за ней следят, и не боялась.
Алла пошла за ней, и увидела, как та встречается с неким мужчиной.
Юлия Дмитриевна села за столик, и тут же к ней подошёл высокий, неприятный мужчина. Они о чём-то долго говорили, потом Юлия Дмитриевна передала ему конверт, поцеловала, и быстро ушла. Через пять минут ушёл и мужчина, Алла выбежала было за ним, но он сел в такси, и испарился. Она лишь запомнила номер такси.
А потом всё отошло на задний план. Алла и думать забыла про Эллу, она познакомилась со своим будущим мужем. Роман развивался стремительно, и вскоре они сыграли свадьбу, Алла родила сына Алексея, и погрузилась в собственное счастье.
- Подождите, - остановила я её, - вы считаете, что Юлия Михайловна виновата в несчастьях вашего брата?
- А кто же ещё? Ради кого он мог взять это преступление? То, что он не убивал, я уверена на все сто процентов, я слишком хорошо знаю своего брата. Он не способен на убийство, и я понимаю, что всё очень ловко подстроено. Он следователь, знает нюансы, и взял вину на себя. Как это у вас называется?
Доказательная база? Улики?
- Точно, - вздохнула я, - он вполне мог это подстроить. Прийти, увидеть тело Анастасии, по каким-либо признакам понять, кто убийца, или застать убийцу на месте преступления, и наставить своих отпечатков. Правда, в деле много странностей, не стыкующихся с этой версией. Сказать по правде, Анастасия умерла от инсульта.
- И посадили моего брата? – вскрикнула Алла.
- Вы не совсем поняли, - сжала я пальцы, - её довели до инсульта. Кровоизлияние произошло вследствие болевого шока, от удара, от соприкосновения с кислотой. И всё это так странно.
- Вы думаете, что Юлия не причём?
- Она – моя первая подозреваемая, - покачала я головой, - но я думаю, что тут всё не так просто, как кажется. Спасибо за информацию, - я вынула из сумочки визитку, и протянула ей, - если ещё что-нибудь вспомните, позвоните.
- Хорошо, - кивнула она, и проводила меня до дверей.
Захлопнула за мной створку, и я села в лифт, усиленно размышляя.
Предположительно, Анастасии ввели лекарство. Но каким образом? Судмедэксперт не обнаружил ни малейших намёков
на уколы, в крови, соответственно, нет никаких препаратов.
Ничего!
Но, если её убили лекарством, то тогда нужно выяснить, каков был её последний день. Поминутно!
Я выскочила на улицу, поёжилась от холода, и от ветра со снегом, села в машину, и поехала домой. По дороге я набрала Максима.
- Слушаю, - и я изложила историю с маньяком.
- Когда это прекратится? – протянул Макс, - ладно, я сейчас приеду домой, и поедем на одной машине.
- Давай, - я бросила телефон на сиденье, и прибавила скорости. Домой я приехала первая, вбежала наверх, надела костюм ослепительного, алого цвета. С широкими штанинами, широким, чёрным ремнём, коротеньким жакетом с рукавом в три четверти, а под жакет чёрную водолазку.
Стянула волосы в хвост, повесила на шею кулон, вдела длинные серьги, и спустилась в гостиную.
- Обалдеть! – воскликнул Максим, вбегая в дом, - не многовато ли чести для маньяка?
- Мне в этой одежде уютно, - улыбнулась я, - пойдём.
- Я только чашку кофе выпью.
- Я с тобой, - воодушевилась я, и мы пошли на кухню.
Анфисы Сергеевны не было, она в это время купала Василинку, и из ванны слышался плеск воды и вопли Василинки.
Мы молча проглотили по чашке кофе, сели в машину, и поехали в театр.
Генерала, свёкра, и Евгения с Анной я заметила сразу, они топтались около театра, а неподалёку я увидела затрапезный микроавтобус. Понятно, Антон Антонович пригнал бригаду.
- А не многовато ли народу? – ехидно осведомился Евгений, - и затея эта мне не нравится, печёнкой чую, что-то не так пойдёт.
- Ишь, какой! – невольно восхитилась я, - раньше ты говорил, что интуиция – это полная фигня. Что это бабские заморочки.
- Ладно, успокойся, - он взял Анну за руку, и они первыми вошли в театр, а следом мы с Максом, и остальные.
- Эвива, вы уверены в том, что делаете? – спросил меня Антон Антонович.
- Почти, - вздохнула я, - я думаю, что он её повесит на декорациях прямо во время спектакля.
- Почему ты сразу не сказала? – подскочил Евгений, - и с чего тебе это в голову пришло?
