Вот я осторожно посоветовалась с одной такой не скрывающейся сотрудницей, потом зашла по дороге домой в церковь, помолилась как умела. Дома со свечкой походила. Поплакала немножко над пустым аквариумом. Но в целом меня отпустило. Помогли ритуалы или это чистая психология — не хочу выяснять. Но сплю я по-прежнему вполглаза.
И вот уже долгое время соседская тетка не показывается, и тишина стоит в ее квартире. Мой придверный коврик с землей под ним все еще у соседского порога, веник на том же самом месте, куда я его поставила. Я подходила к соседской двери много раз, каждый день, и слушала, и наплевать, что меня застукают. Соседка точно там, никуда не уезжала, я знаю. И страх у меня пропал совершенно, и тревоги никакой. По отношению к людям. К живым людям.
Я не хочу знать, зачем соседка сделала мне подклад на кладбищенской земле. С могилы того мужика с наколками, который в дверь мне названивал. Про подклад мне сотрудница объяснила, а насчет мужика я сама догадалась. Подклад — это когда через предмет, через что-то овеществленное, что можно взять в руки, с чем можно физически взаимодействовать, на другого человека перекладываются собственные неприятности, болезни, беды. Кто вещь взял, тот гадость твою получил, а с тебя она ушла.
Магия, понимаете? А мне трудно понять, если честно, даже сейчас. Какая-то страшная сказка, но все-таки сказка, которая в реальной жизни произойти не может и к реальности вообще имеет слабое отношение. Услышала бы я такое про кого-то другого — покрутила бы пальцем у виска. Это только фантазии, в жизни такого не бывает.
— На кладбищенскую землю самая страшная порча, на смерть, — сказала сотрудница с работы, запнулась и внимательно на меня посмотрела: — Не тебе же землю подбрасывали, нет?
Я головой помотала, мол, не мне. Даже улыбаться пыталась.
— А то ты что-то болела да болела последнее время.
Не мне! Не мне!
Не мне, а просто под мою дверь. Эта тетка соседская еще коврик сверху земли прилаживала.
Почему именно меня невзлюбила? Может быть, соседка какие-то виды имела на бабушкину жилплощадь, которая в и тоге досталась мне? Ладно бы мы в коммуналке жили. Но у нее самой квартира точно такая же, и это не хоромы, а обычная хрущевка. Крохотная кухонька, совмещенный санузел, небольшая проходная комната и вторая совсем маленькая. Но больше мне ничего путного в голову не приходит — зачем так делать. Оказывается, чтобы кто-то захотел на тебя навести порчу, не нужно быть особенным.
Кстати, про звонки в дверь. Если беспрерывно трезвонить, слышно будет не только у меня в квартире, но и на всех ближайших этажах, это точно. И хулиганы, если предположить, что в первый раз были именно они, ради развлечения никогда не звонят только в одну квартиру. Так неинтересно. Ладно, признаюсь: когда мы так в детстве баловались, то звонили всем подряд, чтобы выскакивали из квартир все жители и друг с другом начинали бы выяснять, что за безобразие. Чем больше шума, тем веселее. Звонить кому-то одному и не вывести его из себя — не развлечение, а ерунда.
Почему я не слышала звонков в другие квартиры?
Почему на звонки в мою дверь никто из соседей не реагировал? Могло быть так, что звонило у меня в голове? Казалось. Чудилось. Я спрашивала у знающей сотрудницы, бывает ли такое. Как объяснить это не с точки зрения психиатрии. Спрашивала и сама себя стыдилась. Сотрудница даже не удивилась. Если хотят, чтобы отреагировала конкретно ты, то ты слышишь и звонок, и стук, и чей-то голос. Открывать, говорит, только ни в коем случае не надо. Если хоть малейшее сомнение есть — не открывай и не разговаривай.
И без всякой мистики разумный совет, честно говоря.
Но я и открывала, и разговаривала...
Я не хочу знать, каким именно образом зажим для бумаг в виде женской руки оказался в моей квартире и, что еще ужаснее, как он мог сам собой пытаться удушить меня. Это совсем необъяснимо, потому что, если это мой сон, мой бред, мои галлюцинации, то их никак не могла бы видеть подруга. «Рука маркизы» реально существовала, ее действительно сгрызла настоящая собака. И если первое нападение случилось без свидетелей, то второе никак не спишешь на мое больное воображение.
Я не могу сама это объяснить. Мне не хочется знать лишнего. Кажется, что если будут известны детали, то порча опять возымеет надо мной силу. Потому что я испугаюсь того, что могло бы произойти, и невольно опять пущу к себе этих, не знаю, бесов, что ли.
Сейчас я лечу щитовидную железу. Как раз там, куда вцеплялась «рука маркизы», начал расти зоб. Я же потом сходила к врачу, даже, посмеиваясь, рассказала про
Если не пить кучу таблеток, то итогом может стать кома, а потом смерть. Поскольку я живу одна, то следить за правильностью и регулярностью приема лекарств приходится самой. В общем, это на всю оставшуюся жизнь.
