– Пока не могу, у меня много работы, – но представлял в мыслях, как увижу ее, высчитывая время поездки.
– Ты не говорил, что работаешь. Скрываешь все? – сдавленно хмыкнула она.
– Заработаю немного денег и сразу же приеду. Я тоже соскучился, – искренне говорил я, утомленный от продолжительного одиночества.
Кончался сентябрь. Погода стояла теплая без осадков. Стены дома, которого строили, росли как грибы. Я даже успел подраться. Мирная череда дней украшалась светлыми от луны вечерами. Казалось, так будет всегда, размеренно, спокойно. Правда заболел любимый кот Барсик и резко похудел. Одним сказочным вечером позвонила в истерике Катя.
– Что случилось? – Предвкушая недоброе, спросил я.
Всхлипывая, соседка рассказала…
С возрастом начинаешь понимать, что тишина и покой иногда дороже всех сокровищ на планете. Особенно в моменты страха или боли, всего лишь хочется, чтобы это прекратилось и больше ничего. Бог посылает нам эти испытания, для того чтобы мы задумались над ошибками и исправлялись.
Любовь – дар Божий. Он всегда с тобой, неважно, где ты и кто ты. Главное то, что ее заменить невозможно. Если ее нет, значит не все так хорошо.
Пытливый ум всегда стремился разгадать тайну хороших отношений. Сладкие, ласковые слова, громкие обещания, дорогие подарки, деньги. Нет! Все – суррогаты истинного чувства. Как проходит запах парфюма, так и слова перестают что-то значить.
Но есть одна бесплотная ценность забытая многими. Рьяно ищущие счастья в вещах, ее не замечают, упускают. Она как дух странствует и вселяется в добрые сердца. Ее сила неизмеримо великая. Мир, в котором живут люди, и есть плод этого духа. Всесильная любовь – творец самых чистых и честных отношений на земле. Она наполняет все пустое, стремится к добродетели. Она отрезвляет умы, разжигает тепло и заботу. Помогает преодолевать самые тяжелые трудности. Вселяет божественный свет.
Дети – проблемы, расходы, нервы – сейчас так в мирском понимании. Господь, даруя дитя, спасает нас. Через уход и заботу за ребенком, позволяет очистить души, дает возможность совершить малый подвиг в смирении и послушании. Объединяет пару, пресекает блудливые похождения, награждая столь великим венцом. Дает шанс измениться и умножать любовь. Исправить недостойное поведение, стать на прямой путь добра. Дети – цветы жизни, недаром существует пословица. Они наше лекарство и спасение.
Оказалось, что ее колдовская подруга любитель выпить. Она зарабатывала на жизнь своими способностями гадалки. Принимала посетителей на дому, но после трудового дня, вечером, не отказывала расслабиться алкоголем.
Отношения между Катей и ведуньей начали натягиваться. Максим доставлял сожителям неудобство, и наоборот, сын ворожеи раздражал Кашину. Но приходилось терпеть, потому что экстрасенс платила за квартиру большую часть.
Однажды сожительница позвонила Кашиной на работу (вероятно нетрезвая) и пригрозила, что больше не собирается сидеть с ребенком. Пообещав закрыть малого в туалете, если она его немедленно не заберет. А через пару дней сумасшедший сынок вышиб дверь в ванной и чуть не изнасиловал Катю. Только Богу известно, что его остановило.
Шок, который я испытал, услышав сбивчивый рассказ Кашиной, можно сравнить со страхом перед ядовитой коброй. Казалось, мне наступили на солнечное сплетение и вдавили до хребта. На сердце повис гранитный валун. Мысли путались вязкой жижей. Смутный силуэт воображаемого насильника падал ничком от молниеносного ножа… беременность…Катя,… Что можно сделать человеку в отместку за изнасилование…лишение свободы.
Наконец до нее дошло, что необходимо другое жилье. Совсем кстати приехала бабушка, и привычный круг обязанностей вернулся. Бабушка с Максимом, а Катя на работе.
Слушая эти истории, я убедился в безрассудстве ранее близкого человека. Она все делала не так. Вечно встревала в неприятности и травила меня духом уныния. Я как камень, на который льют то холодную, то горячую воду, был на грани раскола. Вечно хмурый, в болезненных переживаниях. И не одно лекарство не помогало против этой заразы. Скрепя зубами, я терпел и говорил: «Вытерплю, бывает и хуже». Она была словно червем, пожирающим мою душу. Жалость сменилась на раздражение, а позже на гнев.
– Когда ты приедешь?
– Я не знаю, у меня работа.
– Сколько еще ждать? Полгода? Год? А может восемь лет? – расходилась в нервозе Катя.
– У меня не нормированный график. Имей терпение. Я ж не могу бросить ребят и сказать: «Ща пацаны, мотнусь на пару дней и продолжим». Ты ж пойми.
Мне хотелось увидеться. Я даже подсчитал, сколько примерно обойдется поездка, и как много удовольствия меня там ждет. Но бывало, что-то надламывалось, и разговор принимал другой оборот.
– Как ты себе представляешь дальнейшую жизнь? – серьезно спросил я.
– Почему «ты», а не «мы»? Что-то поменялось?
– Нет. Просто хочу услышать, что думаешь.
Но неосознанное сомнение уже вселилось. С каждым днем ослабевала связь. Она это чувствовала и всячески старалась на меня влиять. Неважно хорошо или плохо, главное держать в зависимости.
