Полевой штаб от дома лесного бога уже убрали. Теперь он стоял в километре от капища, теряясь в лесу. А рядом с многострадальным амбаром завис эмиссар. Он раскрыл лепестки, и из его нутра, заполненного чёрными глянцевыми сферами, лилось призрачное свечение, падая на постройки, траву и макет местности. Честно говоря, мне было боязно к нему приближаться. Слишком сильно в подкорку въелось, что увидишь такого, и можешь умереть. И когда на поляну вышел мерно жующий несуществующую траву призрак стегозавра, я даже вздрогнул.
Эмиссар словно намеренно не хотел нагнетать обстановку, и потому рядом с ним стояло лишь три тёмных эльфа. Причём, один из их в мотоциклетной экипировке, и я догадался, что это наездник дракона.
При моём приближении они прекратили свой разговор.
— Вы готовы? — спросил высокий худой дроу.
Я обернулся на вставшего рядом и возвышающегося надо мной на целую голову Яробора, потом внутренне собрался и кивнул.
— Да.
Вышедшая из терема Анна молча остановилась около этого тёмного эльфа, а потом вдруг взяла его за руку. Эльф запнулся, но потом продолжил.
— Хорошо.
Несмотря на все эти злоключения, внутри кольнула ревность, отчего пришлось силой воли отгонять её от себя и переключаться на насущные тактические задачи. Шурочка наверняка почувствовала мои эмоции.
— Как всё сложно, — пошептал я.
— Вы о чём? — спросил эльф, пристально разглядывая меня.
Было в нём что-то от того вампира Всеволода, эдакое волевое и решительное. А ещё знакомое. Память со скрипом подсунула момент, где я видел это лицо. Это был тот самый генерал, которого орда вытащила из вертолёта. Да, это он.
— Так, ни о чём, — покачал я головой.
Эльф кивнул, принимая слова, как должное.
— Предлагаю сделать следующий манёвр. Мы строим имитацию погони. Ищущего Путь спрячем в кузове грузовика. В кабине буду я и водитель. С нами должны поехать ещё несколько машин сопровождения. Вместе с нами отправитесь вы. Вас знают и в спешке пропустят. Погоню будут осуществлять силами своры гончих при поддержке с воздуха. Дракона видно издали, сильных вопросов не должно возникнуть.
— И что дальше? — тихо спросил я. — Вы думаете, что от древних в городе можно утаиться? Они узнают об эмиссаре сразу, как пересечём барьер. И нам конец.
— Тогда будем прорываться назад и искать другой вариант.
— А тем временем город взлетит на воздух. Да я потом сам вас найду и прикончу.
— Сил хватит? — с усмешкой спросил эльф.
— Хватит, — прорычал за моей спиной лесной бог. — Теперь, когда у вас междоусобица, хватит.
— Мы можем снова объединиться, — парировал тёмный эльф.
— После того как ты перебил часть его войска? Не думаю. Он на тебя будет охотиться. Теперь у вас каждый сам за себя.
— И что вы предлагаете? — после паузы спросил дроу.
— Есть у меня пара мыслишек в запасе, — произнёс я. — И не вздумайте ударить в спину. Ваша Дружба останется у нас заложником. Без неё эмиссара-искателя на родине сочтут предателем.
Когда мне на плечо опустилась тяжёлая рука Яробора, я неспешно повернул голову.
— Ну-кась, пойдёшь со мною, добр молодец, уму разуму тебя буду учить, — с некой напускной тайной в голосе произнёс лесной бог.
Я посмотрел на чёрного старца и кивнул. Мы неспешно пошли. Яробор повёл меня к своему капищу, где стоял врытый резной столб с его изображением. Капище было далековато, и что свечение эмиссара, что сияние тусклой лампочки под козырьком крыльца, не могли разогнать всю тьму. Казалось, падающие от нас тени могли ожить и стать самостоятельными, настолько густые.
— Дай свою длань, — негромко произнёс лесной бог, доставая из ножен тяжёлый охотничий нож.
— Зачем? — забеспокоился я, глядя на тускло блестящее лезвие.
— Руку отрублю, — буркнул старец и ткнул ножом прямо в середину ладони.
Я воскликнул от боли и попытался убрать руку, но вырваться из цепких пальцев лесного бога было нереально.
— Зачем? — повторил я вопрос, но старец развернул мою ладонь так, что кровь с неё начала капать на траву.
— Принесёшь, во всевечную славу Яробора, — хрипло и пафосно приказал он.
— Зачем, твою мать?! — повысил я голос.
— Молви, человек!
— Ну, хорошо. Во славу всевечную Яробора.
Лесной бог улыбнулся, а потом меня захлестнула сила. Сила дикая, огромная, пульсирующая в каждой жилке моего уставшего тела. Сперва в меня ворвалось экстрасенсорное восприятие мира. Не те несколько жалких десятков метров, как раньше, а сразу пара километров со всем многообразием оттенков бытия. Я почуял каждую мышь, каждую птицу, каждое дерево на этом расстоянии. А потом осознал, что моя мощь на порядок превзошла то, чем я обладал раньше. Казалось, я сам стал богом.
— Ты ныне верховный жрец имени меня. Пользуй сие. Считай, мой долг за Лугошу выплачен.
