— Не помню. А, про́пасть, — выдохнул доктор, теряясь под внимательным взглядом Эмили. — Эмилия Тереза Сантос. Только… не бери в голову, ладно? Совпадение.
— Док, да я в порядке, — мрачно усмехнулась Эмили. — Чего-то в этом роде я и ожидала.
— Знаю, — он поднялся на ноги. — Ладно… Спасибо за компанию. И знаешь что? Я рад, что ты жива. И рад, что ты больше, чем дочка Джеймса.
========== 8 ==========
— А где можно посмотреть остальные книги? — робко спросила Эмили, глядя на полупустой покосившийся стеллаж.
— Это всё, мэм, — Бекингем казался смущённым. Настолько смущённым, насколько может выглядеть мистер Помощник. — Чтение — не самый востребованный вид досуга в Ривет-Сити. К тому же многие гости мисс Веры не слишком щепетильны в отношении сроков возврата литературы.
Эмили вздохнула. Пресловутая библиотека Ривет-Сити, о которой с таким придыханием отзывались местные, и в подмётки не годилась папиной книжной коллекции.
— Осмелюсь напомнить, что неподалёку отсюда находится Арлингтонская библиотека, — робот дотронулся манипулятором до «Пип-боя». — Полагаю, этот объект исторического наследия сможет удовлетворить вашу потребность в просвещении, мэм. Я загружу координаты.
Что ж, будущее постепенно обретало определённость. После Мемориала Джефферсона — если хоть что-то на свете будет иметь смысл после Мемориала Джефферсона, — она обязательно наведается в книгохранилище. И найдёт-таки второй том «Унесённых ветром». А пока…
— Возьму эту, — Эмили стащила с полки видавший виды фолиант. «Мифы народов мира». Всяко интереснее, чем сборник анекдотов с двухсотлетней бородой или заботливо проклеенная изолентой брошюрка под названием «Как её соблазнить?».
Судя по записям в библиотечном журнале, предыдущим посетителем библиотеки, единственным за два месяца, был некто А. Стейли, заинтересовавшийся сочинением Н. Макиавелли под названием «Государь». Эмили никогда о такой книге не слышала — фэнтези, наверное?
Осторожно прижимая к груди потрёпанный томик, Эмили побрела обратно в ночлежку. В дальнем углу общей комнаты стоял поломанный диван, настолько засаленный и скрипучий, что даже неприхотливые обитатели нижней палубы им брезговали. Для Эмили же он был настоящим местом силы.
Она привычно откинулась на спинку дивана. Вытянула нестерпимо ноющие ноги. Четыре недели неподвижности дорого стоили мышцам, и каждая прогулка по заплёванным лестницам Ривет-Сити была той ещё пыткой. Но потакать себе Эмили не собиралась, заставляя себя каждый день проходить хотя бы на триста шагов больше, чем накануне.
Эмили раскрыла книгу. Пробежалась взглядом по оглавлению. Против воли улыбнулась, увидев знакомое имя. Уж конечно, в книге речь шла о другом Хароне. Но всё равно это была встреча.
— Харон, — прошептала она, проводя пальцем по буквам — и покраснела, как девчонка. Нет, серьёзно, что может быть нелепее, чем эта её игра в имена?
Она испуганно подняла взгляд — но нет, никому до неё не было дела.
Книги из подсобки гостиницы Уизерли стали для Эмили настоящим спасением. Они позволяли погрузиться в анабиоз в ожидании тепла. Спрятаться от грязной и шумной реальности в довоенную жизнь, в которой было столько света и покоя, что казалось просто невероятным: как, вот как людям, помнившим, какой должна быть жизнь, достало сил пережить собственный мир?
Народа в комнате всегда было хоть отбавляй. Люди отсыпались после ночной или дневной смены, играли в карты, развешивали бельё на верёвке, протянутой через всю комнату, ели, бранились, плакали, пели, — но Эмили, замершую на диване с очередной книжкой в руках, никто не замечал, словно она была невидима.
Лишь один раз её уединение нарушили.
Эта невысокая женщина, невзрачная и незаметная, плоть от плоти ржавых стен Ривет-Сити, словно из-под земли выросла. Проскользнула сквозь толпу обитателей ночлежки, ловко перешагнула через колченогий комод, отгораживавший заветный диван от основной части комнаты, и, не спрашивая разрешения, присела рядом с Эмили.
— Ты та самая девчонка из медблока, — проговорила она. И это не прозвучало как вопрос. — А я Мей. Мей из Парадиз-Фоллз, если это тебе о чём-нибудь говорит.
— Не очень-то ты похожа на работорговца, — Эмили отложила книгу. — Видимо, ты представитель другой страты рабовладельческого общества. И видимо, тебе от меня что-то нужно.
— Надо же, какие ты слова знаешь — «страты»… А с виду приличная девочка, — Мей настороженно огляделась, понизила голос. — Но насчёт «нужно» — ага, всё так. Я сбежала от Тенпенни. Думала, перекантуюсь в Ривет-Сити, пока не потеплеет. И всё шло хорошо, пока не объявился один урод из свиты Гробовщика. Его зовут Сестра — вообще без понятия, почему, — и он работорговец. Сто к одному, он тут по мою душу. В лицо он меня, похоже, не помнит, но рано или поздно вычислит, и вот для этой-то встречи мне нужно раздобыть оружие. Хоть какое-то. И патроны.
Это было до того симметрично, что даже улыбнуться не получилось. Закон парных случаев в действии.
