Эти боссы – просто загадка. Быстро пролистав ссылки в информационной базе, к которой у нее есть постоянный доступ, она обнаруживает, что они представляют компании, стремящиеся получить доступ к полезным ископаемым Нигерии. Тем самым ископаемым, что питают энергией всю страну. Айфи едва не фыркает. Они не могут даже обеспечить себя самостоятельными источниками энергии.
Речь заходит о Биафре. Вот они упоминают мехов, и перед глазами Айфи возникают схемы огромных человекоподобных роботов. Постукивая по бусинам браслета, она открывает экран, на котором играет в нехитрую игру – собирание алмазов, – чтобы не выглядело, будто она подслушивает. Не нужно иметь семь пядей во лбу, чтобы раскусить ее уловку, но она не отступает. Они говорят о мехах и далекой земле, но Айфи знает, что географически она очень близко – только кажется далекой. Снова слышно про месторождения, и тут Айфи понимает, почему Биафра все время всплывает в разговоре.
Дэрен посмеивается:
– Биафрийцы думают, что минералы – дар их верховного бога. А еще у этого бога есть ангелы, рангом поменьше, которые летают и сажают ямс на их полях. Такой примитивный народ не заслуживает природных богатств.
Сердце Айфи все еще замирает, когда так говорят о Биафре.
Боевые мехи – якобы подарок Дэрену и нигерийцам. Дэрен называет их игве. Несмотря на возможные недостатки, качество американской военной техники остается непревзойденным.
Она знает, что их заставят сделать и куда направят. Она уже видит грязные биафрийские лагеря, на которые они будут сбрасывать бомбы, ржавых биафрийских мехов, которых они раскроят, как бумагу. У нее болит сердце, ведь это означает, что Дэрен отправится сражаться.
Но когда она украдкой бросает на него взгляд, ее сердце ликует. Суперорел Нигерии.
Его чествуют на каждом футбольном матче. Приветствуют. Особенно горячо, если Нигерия принимает команду из другой страны. И когда нигерийский нападающий забивает гол, поле буквально взрывается эмоциями. Забивший гол делает сальто или выкидывает еще какой-нибудь акробатический кульбит, и указывает на Дэрена, где бы тот ни сидел в толпе, как бы говоря: «Мы делаем это для тебя, великий защитник Нигерии!» Но Дэрен всегда напоминает, что он не король, не принц, не член королевской семьи. В конце концов, у нас демократия. А он просто скромный пилот. Его слова вызывают взрыв веселья, все знают, что он в одиночку переломил ход нескольких решающих сражений с начала гражданской войны. Если Нигерия сейчас вплотную подошла к тому, чтобы разгромить Биафру, то это благодаря ему.
Мужчины тихо смеются. Снова пожимают друг другу руки. Айфи старается не морщиться. Дэрен подходит к ней:
– Ну что, видела?
В небе все еще стелется легкий след дыма, оставленный шаттлом.
– Потрясающе!
Дэрен гладит ее по голове, слегка сжимая косички.
– Я бы тоже выбрал это слово.
Они долго стоят и смотрят на тающий след в небе.
– Я знаю, что тебя тревожит. Война и как долго все продлится. Мы почти закончили. – Дэрен говорит о войне так, словно эта тема только для взрослых. Будто надо долго объяснять и она все равно не поймет. Редкий случай, когда она теряет терпение, слушая его. – Скоро наступит мир. – Он наклоняется ближе к ней. – Может быть, тогда эти вонючие ойнбо оставят нас в покое.
Айфи хихикает над шуткой, но на сердце беспокойно.
По пути к гаражу она лезет в карман. Пальцы натыкаются на что-то, и она вытаскивает бумажного журавлика. Он помялся так, что его уже не расправить.
Онайи пробуждается, ее держат ремни в кабине. Слышен скрежет лазерной пилы, прорезающей корпус ее меха. Дождь искр летит на нее. Она ребенок. Это всего лишь сон. Но она не может избавиться от него.
Она тянется к пряжке, освобождается от ремней и падает, как только отслаивается первый кусок металла над ее головой. Тут где-то должна быть винтовка, пистолет. Что угодно, чтобы защититься от нигерийцев, которые сбили ее. Или хотя бы чтобы не даться им в руки живой. Металл над ней трещит, внутрь разломанного меха врывается поток воздуха. Чьи-то руки внезапно подхватывают ее и рывком вытаскивают наружу.
От пота все тело скользкое. Под кожей разгорается жар – начинается лихорадка. Адаиз. Где Ада?
Она пытается сопротивляться, но солдаты гораздо сильнее. Просто гиганты. Один тычет прикладом винтовки в затылок, колени подламываются, и она падает на землю.
Ее тащат туда, где ждут еще несколько солдат, среди них пилот, который ее сбил. Он снял маску, лицо открыто. Онайи понимает, что это означает. Ей не уйти отсюда живой.
Ее боевые подруги корчатся от боли на земле. Кто-то молча, извиваясь всем телом, кто-то истошно кричит. Онайи смотрит вправо и видит, как там плещется что-то раскаленное и шипящее, а потом – как нигерийские солдаты бросают очередную девочку из Биафры на землю. Собираются пытать. Сердце Онайи сейчас выскочит из груди. Взгляд перебегает с одного солдата на другого – может, удастся у кого-то выхватить оружие.
