Там была, например, лестница, которая вела в помещение без окон и дверей, откуда вроде бы не имелось выхода. Грабители, очевидно, быстро смекнули, что дверью в этой камере служит потолок. Именно весь потолок – своего рода гигантская дверь, сквозь которую они прошли, проделав в ней отверстие. Таким же образом проходят сквозь бронированные двери сейфов современные взломщики несгораемых шкафов.
Куда же злоумышленники попали после этого? В коридор, заваленный каменными глыбами. Питри, как специалист, лучше, чем кто-либо другой, мог себе представить, какую колоссальную работу пришлось проделать, чтобы расчистить этот проход. Представить и понять чувства, которые должны были испытать грабители, когда, освободив коридор, они обнаружили еще одну вроде бы не имеющую выхода комнату, а затем, преодолев и это препятствие, угодили в третью такую же. Питри не знал, чему больше дивиться: чутью грабителей, которое безошибочно вело их верным путем, помогая преодолевать все трудности, или же их терпению и выдержке.
Можно было не сомневаться: им пришлось прокладывать себе путь на протяжении многих недель, месяцев, если не лет. И при каких обстоятельствах! Возможно, они все время остерегались стражей, жрецов, посетителей, явившихся с приношениями великому Аменемхету. Или все было совершенно иначе?
Честолюбие Питри, который пустил в ход весь свой опыт, проявил чудеса настойчивости, чтобы преодолеть бесчисленные препятствия, выставленные строителями пирамид, дабы защитить мертвого фараона от поругания и посягательства злоумышленников, его гордость протестовали, отказываясь признать, что древнеегипетские грабители еще несколько сот лет назад благодаря одной лишь находчивости и остроумию распутали этот клубок.
Неужели грабители пользовались поддержкой знающих людей? В египетской литературе сохранились на этот счет кое-какие намеки. Неужели жрецы и стражники, хранители тайн, продажные представители коррумпированного класса чиновников, помогали им советами и указаниями?
Однако здесь мы подходим к особой главе в истории Египта – к главе о грабительском промысле, который, родившись во времена седой древности, долгие годы процветал в Долине царей и достиг своей кульминации в одном весьма интересном современном уголовном деле.
В начале 1881 года некий состоятельный американец, поклонник и ценитель искусств, отправился вверх по Нилу к Луксору, в ту самую деревушку, которая находится напротив Фив – древней резиденции царей. Целью его путешествия было приобретение античных раритетов. Не надеясь на обычные пути – торговля древностями стараниями Мариета подверглась строжайшей регламентации, – он положился на свой инстинкт. Этот инстинкт гнал его по вечерам в темные закоулки, заставлял посещать задние комнаты базарных лавок и в конце концов свел с египтянином, который предложил ему несколько как будто подлинных и ценных предметов.
Сегодня каждый гид считает своим долгом предостеречь туристов от приобретения антиквариата на черном рынке, делая это с полным основанием, ибо большинство так называемых раритетов – продукция вполне современного производства, в большинстве случаев египетского, но порой и европейского.
К каким только трюкам не прибегают спекулянты, чтобы убедить покупателя в подлинности своего товара! Даже такой знаток древностей, как немецкий искусствовед Юлиус Мейер-Грефе, и тот однажды попался на их удочку. Он нашел прямо в песке небольшую статуэтку, не подозревая, что его привел к этому месту пройдоха-гид.
Мейер-Грефе нисколько не сомневался, что она подлинная. Еще бы, ведь он сам ее обнаружил! Он поспешил дать гиду взятку, чтобы тот не проболтался, и, спрятав статуэтку под пиджак, принес ее в отель. Но к ней требовалось подобрать подставку, и он отправился к торговцу.
Здесь он не удержался и спросил торговца, как тому нравится находка. Торговец рассмеялся, а затем, как пишет сам Мейер-Грефе, «пригласил меня в заднее помещение своей лавчонки, открыл шкаф и показал мне четыре или пять совершенно таких же статуэток. Каждая из них была покрыта песком тысячелетней давности. Их делают в Бунцлау, но он получил их от одного грека, торгового агента в Каире».
Какие невероятные проделки, не говоря уже об изготовлении фальшивых памятников древности, составляющих целую отрасль производства, приходится принимать в расчет науке! Верное представление об этом дает автобиографический рассказ Андре Мальро[33]. В правдивости его слов нет никаких оснований сомневаться. Однако случай этот, разумеется, не следует рассматривать как пример для подражания. Мы приводим его просто как курьез.
