В ответ на робкую просьбу о содействии, с которой Картер обратился к членам экспедиции, работавшей в районе Фив, Лайсгоу, руководитель египетского отделения нью-йоркского Метрополитен-музея, предоставил ему в полное распоряжение своего фотографа Гарри Бертона, хотя лишился при этом нужного ему работника. Он писал Картеру: «Рад быть хоть чем-нибудь полезным. Прошу полностью располагать Бертоном, точно так же как и любым членом нашей экспедиции». В результате к Картеру перекочевали еще и рисовальщики Холл и Хаузер, а также руководитель раскопок в районе пирамид Эль-Лишта А. К. Мейс.
Химик-консультант египетского Управления раскопками и древностями британец А. Лукас предоставил в распоряжение Картера себя и свой трехмесячный отпуск. Д-р Алан Гардинер занялся надписями, а профессор Джеймс Г. Брэстед из Чикагского университета поспешил приложить свои знания для датировки найденных Картером оттисков древних печатей.
Несколько позднее, 11 ноября 1925 года, д-р Салех-бей Хамди и Дуглас Е. Дерри, профессор анатомии медицинской школы Каср эль-Айни в Каире, приступили к исследованию мумии.
А. Лукас написал обширную монографию «Химия в гробнице» о металлах, маслах, жирах и тканях.
П. Э. Ньюберри исследовал найденные в гробнице венки и гирлянды цветов и сумел установить, какие цветы росли три тысячи триста лет назад на берегах Нила. Более того, ему даже удалось по цветам и ягодам определить, в какое время года был похоронен Тутанхамон. Зная, когда цветет василек, созревает мандрагора – «яблоко любви» из Песни Песней – и ягоды черного паслена, он пришел к выводу, что Тутанхамона погребли не ранее середины марта и не позднее конца апреля.
«Особые материалы» исследовали также Александр Скотт и X. Дж. Плендерлейт.
Это творческое содружество специалистов (некоторые из них были экспертами в областях, далеко отстоящих от археологии и истории Древнего мира) явилось верным залогом того, что научные результаты раскопок оказались как никогда значительными.
Теперь можно было приступить к работе. Шестнадцатого декабря раскоп вновь раскрыли. Восемнадцатого декабря фотограф Бертон сделал пробные снимки, а 27-го первую находку извлекли на поверхность.
Основательная работа требует времени. Раскопки в гробнице Тутанхамона продолжались несколько зим. Подробное их описание не входит в нашу задачу. Мы следуем за ярким и красочным рассказом Картера лишь в его узловых моментах и не имеем поэтому возможности подробно останавливаться на описании всех находок.
Однако нельзя не упомянуть о двух-трех самых значительных, таких, например, как деревянный ларец, принадлежащий к числу наиболее выдающихся в художественном отношении произведений древнеегипетского прикладного искусства. Покрытый тонким слоем гипса, он сплошь украшен росписью. Яркость красок чудесно сочетается здесь с поразительно тонким и точным рисунком, а сцены охоты и военные сюжеты так великолепно скомпонованы и в то же время настолько детально выписаны, что «превосходят даже персидские миниатюры». Этот ларец был наполнен самыми разными предметами. Картер затратил три недели тяжелого кропотливого труда, пока добрался до дна, – достойный пример тщательной работы археолога.
