– Смерть постоянно идет за нами! – крикнула в ответ Фарин. – С момента падения туче-древа она идет за нами. – Вновь наступила тишина, которую прерывали лишь стоны горевшего Дайона. – Подумайте вот о чем: форестолы, превосходно владеющие луками, которые прежде на нас нападали, теперь готовы выступить вместе с нами. – Фарин указала на стену. – Воины, которые не могут умереть, пришли к нам с древних полей сражений. – Потом она кивнула в сторону Венна. – Трион способен исцелять ужасные раны. – Она подняла взгляд, и ее глаза загорелись. – Все это знаки! Но с нами единственная монахиня забытого бога, способная показать, как их следует читать. И последнее. – Она сглотнула. – У нас есть Кахан Дю-Нахири, умеющий сражаться и научивший воевать нас. А его самого тренировали монахи Капюшон-Рэи.
Кахан ощутил холод у себя внутри. Предательство – она выдала его тайну. Он взглянул на Юдинни, которая единственная знала о его прошлом. Монахиня не смотрела в его сторону. Однако форестолы уставились на него так, словно он был севером, а они ходячим-орехом.
– Он не Капюшон-Рэй! – закричал Онт.
– Верно, – ответила Фарин. – Он не Капюшон-Рэй. Он отказался от силы, чтобы не быть похожим на тех, кто нам противостоит. Но он обладает знаниями, а это огромная сила. – Она оглядела толпу. – Для такой деревни, как наша, сражаться с Рэями – безнадежное дело. Я слышала, как многие из вас это повторяли. Но не теряйте надежду, – продолжала она. – Сейчас на кону стоит больше, чем известно кому-то из нас. Иссофура призвали в лес боуреи, а потом вернули целым и невредимым! Я считаю, что они так поступили для того, чтобы Кахан и Юдинни встретились с форестолами. В Вудэдже корнинги атаковали Рэев. Сам лес за нас! – Фарин подождала, когда до всех дойдет то, что она сказала. – Мы привлекли внимание богов, и я уверена, что они нас не бросят. Ифтал нас благословляет! Ифтал благословляет нас, за нами удача, поэтому мы будем сражаться.
Снова наступила тишина, жители деревни переглядывались. Они выглядели испуганными и потерянными. Сенгуи, разводившая летучие пасти, вышла из толпы.
– Вы меня знаете, – сказала она. – Вы знаете Эйслинн. Вам известно, что мы побывали во многих местах, прежде чем осели здесь. – Эйслинн кивнула ей из толпы. – Мы больше не хотели сражаться. Только глупцы этого хотят. – Она облизнула губы. – Я ничего не понимаю про богов, но знаю себя. Те, что собрались там, – она показала за стену, – убили наших людей, они их пытали и собираются так же поступить с нами. Я считаю, что они должны заплатить за свою жестокость, и если богиня Юдинни, ее Ранья, послала нам помощь, то она представляется мне вполне достойным богом. Поэтому я предлагаю выступить против наших врагов с именем Раньи.
И если прежде Фарин упустила толпу, то вернула ее Сенгуи или нет, теперь уже не имело значения.
– Рэи строятся! – крикнула возрожденная со стены.
Сражение начиналось. Фарин уже приготовилась к этому моменту.
Она повернулась к святилищу Тарл-ан-Гига, которое находилось у нее за спиной, к балансировавшему на одной ноге богу, сделанному из палок, и схватила его обеими руками.
– Я не стану сражаться на глазах бога, желающего моей смерти! – крикнула она, подняла фигуру бога и бросила ее в грязь. Люди смотрели на нее, разинув рты. – Берите луки! – громко приказала Леорик.
Несколько мгновений ничего не происходило, и Кахан подумал, что она их потеряла и они обратятся против нее.
– К оружию! Мы идем воевать!
– За Ранью! – закричала Эйслинн, поднимая копье.
– За Харн! – крикнула Сенгуи.
И все пришли в движение.
– Кахан, – крикнула Фарин, – форестолы и командиры веток, подойдите ко мне. Мы должны подготовиться.
Кахан подошел к Фарин вместе с Анайей, форестолами, Эйслинн, Сарк, Сенгуи и Онтом, командирами четырех веток. Внезапно деревня наполнилась бегущими и кричавшими людьми, они искали свои места и друзей, рядом с которыми им предстояло сражаться.
Анайя оперлась о свой лук и надела на голову капюшон.
– Кахан, – сказала Фарин, – я склоняюсь перед твоим опытом в тактике. Объясни, что нам следует делать.
Он глубоко вздохнул и задержал дыхание.
Мир внезапно потемнел, ответственность тяжким бременем легла ему на плечи. На миг он пожалел, что не убежал.
– Кахан? – повторила Фарин.
Он закрыл глаза.
Он почувствовал, как кто-то прикоснулся к его руке, и увидел Юдинни, которая на него смотрела.
– Больше не нужно бежать, – сказала она.
Он выдохнул.
Хватит бегать.
– Сначала нам следует спрятать луки, – сказал он. – На стенах должно оставаться минимальное количество людей. Эйслинн и Онт, я хочу, чтобы ваши лучники заняли позиции напротив ворот Тилт и были готовы стрелять по моей команде. Держите щиты и копья рядом на случай, если солдаты прорвутся.
– Почему только половина? – спросил Онт, который скрестил на груди мощные руки. – И почему нам нужно находиться там, где мы не увидим врага?
Он посмотрел на остальных командиров веток.
