Без галактиан и их бьющей через край живости, без их вкуса к головокружительным приключениям и их бредовых страстей, без их наивной страсти к древностям, без их грубовато-доброго настроения, без их восхищения и, особенно, без их богатства, Туле давно бы превратилась в руины. Марс — в мертвый мир, а Земля — в древний скелет былого величия. Но галактиане посещают Туле веселыми компаниями, или бегут в свободный город от неизвестно каких строгих и неведомых здесь законов, или оказываются на берегу песчаного океана, как потерпевшие кораблекрушение в космосе. Здесь бок о бок живут, ссорятся или игнорируют друг друга многие расы. И спокойствие улиц Туле лишь обманчивая маска, за которой прячется кипучая жизнь домов города и хрустальных башен. Отсутствие машин поражает туристов, но некоторые дома имеют самое современное оборудование. Здесь занимаются десятком почти забытых наук.
Туле похожа на монету — у нее две стороны.
Или на тунику — у нее есть подкладка.
Два парня уже довольно долго следовали за девушкой. Один из них был светловолос, а другой — темный шатен. По их одеждам и суровым чертам лица было видно, что они прилетели со звезд.
У каждого на поясе висело небольшое, но мощное оружие, запрещенное на Земле и разрешенное на Марсе. Они приметили девушку на небольшой площади с журчащим фонтаном, и она им понравилась. Юное существо сидело на бортике фонтана и, не обращая на них внимания, расчесывало голубые пряди волос длинными пальцами, изредка проводя ими по высокому выпуклому лбу. При их приближении она вскочила на ноги и неспешно пошла прочь в сторону узких улочек. Они последовали за ней. Ее уход показался им вызовом. Они не понимали, почему девушке захотелось удрать от них, ведь она не принадлежала к патрициям, а одета была в легкую длинную тунику, складки которой до смешного плотно облегали фигуру.
Они преследовали ее молча. Им не нужно было говорить между собой. Они уже неоднократно занимались на других мирах подобной охотой и настигали добычу, не обменявшись ни словом. Они были уверены в себе, горды собой и своим происхождением, своим миром, своими одеждами, своим оружием, своим богатством, своей силой и с презрением отзывались о людях с древних планет.
Однако они не осмелились бы напасть на марсианку, даже если бы она им очень понравилась. Трусость начинается там, где кончается могущество. Но девушка не походила на марсианку. По правде говоря, ее происхождение мало их волновало. Если она была чужеземкой, риск был невелик.
Они следовали за ней, не ускоряя шага, по кривым улочкам Туле, не боясь заблудиться, ибо не раз в поисках приключений бродили по лабиринту этого оазиса. Они удивлялись про себя, что ни разу не встречали ее раньше ни на улицах, ни в припортовых борделях, прелести которых они исследовали со страстью провинциалов.
Им было скучно. И потому они преследовали девушку. Друзья прибыли на Марс, после долгого путешествия и посещения множества миров. Их интересовали всяческие приключения, о которых потом можно было вспоминать всю жизнь. В их коллекции отсутствовало марсианское воспоминание. Эта девушка могла стать незабываемым воспоминанием о Туле.
Девушка не убегала. Это их раздражало. Им хотелось погони, отчаянного сопротивления, даже борьбы, которая придала бы вкус победе, в которой они не сомневались. Жителей Туле непорядок не волновал. Патриции на улицах не появлялись: туристов мало занимали существа, не принадлежащие к их миру, а полиции есть чем заниматься, кроме изнасилованной девушки.
Хьялмар, блондин, обогнал Марио. Ему больше нравилось преследование, а не сама добыча. Когда незнакомка углубилась в кривые улочкй Эпиполя, ему стало скучно. Скоро они окажутся у стен города, и ей придется уступить.
Марио обогнал его и, надеясь настигнуть девушку на углу улицы, припустил за ней во весь дух. Но когда он приблизился, девушка рванулась вперед и оказалась далеко впереди. Марио повернулся к Хьялмару и усмехнулся — настоящая охота только начиналась.
Их постигло разочарование, когда через сотню шагов девушка повернула за угол, и они потеряли ее из виду. Улочка, где исчезла девушка, была узеньким провалом между двумя белыми гладкими стенами, до которых можно было дотронуться, раздвинув руки.
Марио быстрым шагом шел впереди. Их возбуждение возросло, и они едва не прошли мимо незаметного портика, треугольного отверстия, достаточно высокого, чтобы пропустить согнувшегося человека. За отверстием начинался марсианский каменный садик.
Они оглядели садик, он казался покинутым, и они решились переступить порог. В этом доме явно жили чужеземцы. Ни один марсианский патриций не позволил бы рухнуть хрупко-равновесным кристаллам, с трудом собранным в пустыне.
Удивление галактиан было столь велико, что они забыли о возможной добыче. Их охотничья страсть переросла в азарт первооткрывателей. Они тихо и осторожно шли по аллеям, с тщательно подобранными камнями. Их подкованные сапоги нарушали царящий в саду порядок и тишину.
