– Он отменил все предыдущие указы о престолонаследии, значит, единственным настоящим может быть только этот!
Я покосился на Хо Фэна. Внешне он оставался спокойным, но под глазом у него нервно задергалось.
Слишком уж ты хорошо устроился, зятек. Такого ты никак не мог ожидать, и мне вдвойне приятно сейчас у тебя все отнять.
Хо Тяо оторвался от стены и тоже вышел перед министрами.
– Я всегда оставался подле императора Мяо Чжуана и был верен только ему, думаю, все и так прекрасно это знают. Указ, что вы сейчас видите, император писал при мне, а потому я свидетель. Его Величество всегда говорил, что нет никого лучше на роль наследника, чем князь Лю Сан.
Трудно сказать, действительно ли Хо Тяо был свидетелем написания указа, но даже если нет, кто сейчас это проверит?
– В последнее время Его Величество Мяо Чжуан много времени проводил с князем, – зашептались министры.
– Вот почему Лю Сан зачастил в кабинет императора!
Только я подумал, как все удастся решить малой кровью, как вдруг вмешались сторонники Хо Фэна.
– И почему принесли указ только сейчас? Это все подозрительно. Кто знает, может, все это время вы искали материалы, чтобы сделать подделку!
– Как я уже сказал, – спокойно пояснил я, – указ прятали мои родители, но я не успел узнать, где именно он находится прежде, чем люди Хо Фэна их арестовали.
– Это только ваши слова! – Я не убедил противников.
Тут вмешался министр Чжан, один из наших людей:
– Сейчас у нас два указа, и поскольку подлинность второго вызывает сомнения у некоторых придворных, стоит разрешить ситуацию так, как ее разрешали наши предки. Поединком. Но поскольку времена боевых искусств давно прошли, прибегнем к способу дуэли на револьверах.
– Правильно! – поддержали собравшиеся. – Один из них все равно должен быть казнен, но как решить, кто именно? Пусть сражаются насмерть!
Именно на это и был расчет. Либо я, либо Хо Фэн искажали правду и действовали вразрез указу прошлого императора, а это измена. Кто-то за преступление должен быть казнен. Но найти неопровержимые доказательства трудно, а потому пусть побеждает сильнейший.
С лица Хо Фэна уже давно сошла усмешка, все тело его было напряжено. Он явно не ожидал, что министры и придворные начнут всерьез рассуждать о моей бумаге, а потому почувствовал опасность. Император, против которого выступит весь двор, просто-напросто не сможет занимать свое место.
– Ладно! – процедил он. – Тогда будем стреляться, Лю Сан, раз ты этого добиваешься!
– Подождите! – вмешался министр Чжан. – Всем известно, что Его светлость не обучался военному делу и всегда стрелял плохо. В дуэли у Его Величества будет большое преимущество, учитывая, что он главнокомандующий всей страны. Пусть дуэль пройдет по-другому: стреляйте не друг в друга, а в себя! Гусарская рулетка рассудит! Тут все зависит от случая и воли Богов.
Все закивали, поддерживая эту идею.
Взгляд Хо Фэна заледенел, но зять был вынужден признать правоту этих слов. По его приказу в центре зала поставили стол и стулья, за которыми состоится наша игра.
Я нервно поправил рукав, в котором прятал пулю, что дал мне Хо Тяо.
МЯО ШАНЬ
Мы с Хэй Цзинем остались одни. Некоторое время просто молчали. Хэй Цзинь сидел, опустив голову – либо не мог прийти в себя после признаний Лю Сана, либо устал от происходящего, а скорее, все вместе.
– Хэй Цзинь, – позвала я.
Мне было тревожно, потому что я не знала, что с ним делали во время заключения. Следов пыток я не видела, тюремная одежда – простая светлая рубашка и хлопковые штаны – не были пропитаны кровью и даже грязью. Но я сомневаюсь, что он просто сидел в камере. Существовали разные способы пыток. Я даже не знала, что мог придумать Хо Фэн.
Хэй Цзинь повернулся ко мне.
– А что вы ему передали?
– Указ, в котором отец признал его своим наследником.
– Хорошо.
– Что будет, когда он станет императором?
– Не знаю. Если он закончит объединение провинций, то может, все и наладится.
– А вы? Вы не будете против него, если он займет трон?
Глаза Хэй Цзиня странно потемнели. Казалось, этот вопрос вызвал у него раздражение.
– Почему? Я не хотел быть императором. Если у него все получится, то мне же лучше.
Я и так это знала, но мне нужно было услышать, что ничего не изменилось.
Но все же меня многое беспокоило. Как будет действовать Лю Сан в роли императора? А главное, как много ему позволят сделать министры, которые его все это время поддерживали? В некоторых вопросах даже император может быть скован.
– У вас с Сюэлянем все было хорошо? Лю Сан обещал позаботиться об этом, – спросил Хэй Цзинь.
Я не стала подставлять брата.
– Да. Нам многое не разрешалось, но над нами никто не издевался.
По крайней мере, над Сюэлянем. А вот меня пыталась избить сестра, но Лю Сан к этому не имел никакого отношения.
– Значит, он все же не так часто обманывал, – заключил Хэй Цзинь.
– Часто, – возразила я, – просто не все его слова были ложью.
– Ну да.
– Вы правда его простили?
– Да.
– Почему? – Я этого не понимала, ведь Хэй Цзинь пострадал от лжи Лю Сана больше всего. – Я думала, вы его придушите.
