— Чушь. Таких монстров могут делать только русские, а им тут неоткуда взяться!
— Сигнал расшифрован. Они передают, что это яхта принадлежит посланнику русского императора, находящегося здесь с дипломатическим визитом.
— Вот как? — осклабился сеньор Антонио. — К черту русского императора и его посланника. Пальните в их сторону, чтобы убирались отсюда, и дело с концом…
— Но это нейтральное судно!
— С сегодняшнего дня небо над Абиссинией закрыто для всех кораблей, кроме итальянских.
— Но…
— Выполняйте, дьявол вас побери!
Несмотря на то, что промышленность Италии трудно было назвать передовой, ее инженеры умели создавать прекрасные автомобили, корабли и даже самолеты. Корветы собственной постройки тоже были недурны, впрочем, как и установленные на них пушки. А вот со снарядами дело обстояло гораздо хуже. Даже внутри одной партии они могли существенно отличаться по весу и аэродинамике, а ненадежность их взрывателей стала притчей во языцех.
В общем, стодвадцатимиллиметровый снаряд, вылетевший из ствола кормового орудия, прошелестел в опасной близости с «Александрой» и стал триггером, запустившим все последующие события.
Сидевший за штурвалом Март и без того уже был в «сфере», а когда итальянцы открыли огонь, просто отработал штурвалом, мгновенно уведя свой корабль с линии огня. Что же, они хотели войны, значит, они ее получат. Проблема была лишь в том, что врагов довольно много, а его яхта, нельзя сказать, чтобы хорошо вооружена. Все же скорострельные, но малокалиберные при этом пушки — плохой аргумент против главного калибра корветов.
Впрочем, оставался еще один довод. Стомиллиметровое экспериментальное орудие с автоматом заряжания, системой стабилизации и наведения в носовой части корпуса обычно находилось внутри потайного каземата, чтобы не вызывать лишних вопросов у таможни. Великолепная баллистика длинного — шестьдесят и семь десятых калибра — ствола, мощный пудовый снаряд с высокой, более 900 метров в секунду дульной скоростью делали новейшую авиапушку грозным оружием в умелых руках.
В Уругвае они сумели обойтись без нее, чтобы не повредить «Лебедянь», но теперь ситуация переменилась. Необычайно маневренная для своих размеров яхта очень быстро оказалась позади и чуть ниже крайнего в итальянском ордере корвета — «Аквилона». Его командир уже успел опустошить два из четырех бомбовых бункера и готовился отдать приказ открыть створки третьего, когда русские начали вколачивать снаряд за снарядом в борт корабля. Три из них вскрыли обшивку как консервный нож, а четвертый разорвался внутри бомбоотсека, после чего гордость итальянского королевского воздушного флота исчезла в яркой вспышке и оглушительном грохоте.
— Колычев, что ты вытворяешь? — крикнула мужу Саша, видя, как вокруг их прекрасного корабля летят обломки несчастного корвета.
— Прости, любимая, так получилось, — буркнул Март, рывком выводя яхту из опасной зоны.
К счастью, они отделались лишь легким испугом. Несколько не самых крупных осколков все же поцарапали им обшивку, да оборвали пару лееров на верхней палубе, но в целом «Александра» не пострадала.
Между тем, никак не ожидавшие подобного исхода итальянцы впали в нечто вроде прострации. Их корабли продолжали следовать своим курсом, но перестали бомбить и вести огонь, явно ожидая приказа командующего эскадрой.
Лидер «Кондотьер» не стал терять время, а довернув, пошел по широкой дуге на сближение с белоснежной и оказавшейся столь зубастой яхтой, ведя непрерывный огонь из своей носовой спарки. Комендорам удалось нащупать дистанцию, и сизые облачка разрывов стали возникать в относительной близости от активно маневрирующего русского корабля, окружая его своеобразным ореолом.
Март видел все происходящее, просчитывал вероятности и не сомневался, что противник пока не сможет добиться попадания. Все происходящее напоминало Колычеву, сознание которого буквально соединилось с кораблем, боксерский поединок, где молниеносные серии и связки ударов соединялись с перемещениями, защитой, ложными выпадами и уклонениями. Он словно знал, что сделает противник в следующие мгновения, и без труда обходил угрозы, разгадывая его замыслы.
У Тоскано, который несколько минут назад был абсолютно уверен в своем безусловном доминировании, ну в самом деле, как может яхта с единственной легкой пушкой состязаться с его кораблем, по спине пошел холодный пот. Враг оказался слишком быстр, ловок и хладнокровен.
— Приказ группе! Срочно сброс бомб. Не прицельно. И идти к лидеру! Образовать строй — треугольником. Вести отсекающий огонь. «Бореа» в нижней и «Альбатрос» в верхней сегментах по вертикали. Зажмем ублюдка в клещи и раздавим! Нам хватит и одного точного попадания, чтобы разнести его в хлам!
