На реке Саксагань царило безмятежное спокойствие. Кочевники жили привычным укладом, пасли скотину и доили кобылиц, на праздники резали баранов и телят, варили шулюм, пили кумыс и вечерами, напевая свои протяжные песни в стиле «что вижу, о том и пою» коротали вечера возле юрт. Мой родственник Торэмен — бек и Девлет Кул — Иби распустили войско, которое тренировалось всю весну и начало осени — пусть воины отдохнут перед походом, и я не возражал. После рейда в Крым мирных просветов не ожидалось. Начнется война, маховик которой будет раскручиваться, и кочевники потеряют многих. Если из трех тысяч всадников, которых может выставить моя орда в данный момент, не считая черных клобуков и варягов в крепости, через пару — тройку лет в строю останется хотя бы пятая часть, то это уже много. Так что, пока есть немного времени, пусть насладятся покоем и восстановят свои силы.
Приняв доклады половецких старейшин и тысячников, я отправил Юрко Сероштана вербовать черных клобуков. А потом вызвал Судимира Кучебича, который продолжал оставаться пленником. Выкуп за него никто платить не собирался, а отпускать его на волю по доброте душевной не было смысла.
Кучебич появился быстро. Грязный и оборванный, заросший и вонючий. Его не баловали и держали в черном теле. Он понимал, что позвали его не просто так, поговорить за жизнь, и бывший дружинник князя Святослава Ольговича напрягся, а я ходить вокруг да около не стал и поставил его перед выбором. Судимир может остаться рабом или возвыситься. Пусть уходит, ему вернут оружие, дадут лошадей, денег и выделят нескольких воинов, таких же пленников, как и он. А затем Кучебич должен найти кочевья байгушей, степных скитальцев, и позвать их в поход. Отряд, естественно, возглавит он, а как я отношусь к своим командирам, он знает.
Как я и думал, Судимир Кучебич мое предложение принял и спустя несколько часов скрылся в степи. Он свободен, может сбежать, но это вряд ли. Кучебич служака и будет рад встать под мои знамена.
Тем временем, вернулись разведчики, и я с ними пообщался. Информации было много, разведка уже выходит на профессиональный уровень, и я более четко прорисовал для себя картину того, что происходило сейчас в Крыму.
Крымский полуостров считается владениями ромейского императора, а на деле Мануилу Комнину принадлежит только несколько приморских городов. Гарнизоны в них слабые, а стены невысокие. Население смешанное. Есть потомки греков и римлян, готов и скифов, оседлые половцы и армяне, русские и грузины. Жить в тех краях опасно, но Крым есть Крым. Это благодатный климат, леса и каменоломни, удобные гавани и много рыбы, а самое главное — это торговый перевалочный пункт. Из Малой Азии и Средиземноморья идет оружие, оливковое масло, украшения, монеты и ткани. Из степей кожи, соль, скотина, лошади и рабы. С Кавказа металлы и керамика. А из Киева и Новгорода меха, мед, воск и хлеб, а с недавних пор бумага из Венедского союза и спирт.
Понятное дело, что не всегда степняки, ромеи и русичи торгуют. Часто между ними война и тогда о торговле не вспоминают. Но таких городов как Сугдея, Херсонес, Корчев и других населенных пунктов это не касалось. Наоборот, в эти моменты их значимость резко возрастала, и товарооборот увеличивался в несколько раз. Торговля в Крыму резко расцветала, и это было выгодно всем.
Впрочем, помимо торговли жители Крыма развивали ремесла и сельское хозяйство. Имелось много садов, огородов и виноградников. Производятся вина, а в городах немало кузнецов, литейщиков, гончаров, косторезов и строителей, мореходов и рыбаков. Что примечательно, соленая и сушеная рыба из Крыма поставляются не только в Малую Азию, но и дальше, на Балканы и даже в Святую землю. О чем это говорит? О том, что объемы производства настолько велики, что крымчане в состоянии конкурировать с рыбаками Средиземного моря.
В общем, в Крыму есть, что взять, а остановить меня по большому счету некому. Городские наместники люди мирные и торговые. Они привыкли откупаться от налетчиков. Ведь порой это проще и дешевле, чем строить новые укрепления и содержать городских стражников. Но один противник, как минимум, у меня будет.
Десять лет назад император Алексей Комнин сослал в Крым знатного аристократа Константина Гавраса. Человек примечательный. Его предками были армяне, принявшие подданство ромейских императоров. Он получил хорошее образование и был племянником Святого Феодора, (есть в истории Византии такой персоналий). Все это, а так же семейное богатство, помогло ему стать дукой Халдии и первым человеком в Трапезунде. В будущем он мог взобраться и повыше, но Константин Гаврас совершил ошибку. Вместе с эмиром Ерзынки ибн Мангуджаком он отправился в поход. Союзники собирались разгромить Гюмуштекина, одного из сыновей эмира Данишменды. Однако полководцами они оказались никудышными. Гюмуштекин разгромил обоих и Константин Гаврас оказался в плену.
