Позже знатного аристократа выкупили за тридцать тысяч динаров и отправили в изгнание. Семья его не бросила, и Константин появился в Крыму не один. С ним были воины — наемники, много слуг, мастеров и работников. Можно развиваться и Гаврас, при активной поддержке местных армян стал хозяином Мангупа — это крепость, которую отстраивали еще готы, в моей реальности Бахчисарайский район. Она находилась на плоском плато вдали от моря, имела собственный источник воды и старые стены. Константин Гаврас отремонтировал укрепления, посадил в Мангупе гарнизон и стал самостийным князем. К морю не лезет, ромеям не мешает, а даже помогает, занимается постепенным расширением своего феода и пока никому не интересен. Но когда половецкая конница войдет в Крым, владения Гавраса окажутся на дороге к Херсонесу и он попытается ударить с тыла, развязать партизанскую войну и задержать мою армию.
«Хм! — представив будущее, я мысленно усмехнулся. — Это даже интересно. Кто лучше покажет себя в крымских горах и лесах, воины Гавраса или мои вароги? Посмотрим».
Я занимался делами орды. Продолжал посылать к соседям разведчиков и вербовщиков, устраивал праздники, посещал кочевья, поднимал по тревоге конные сотни, вместе с лучшими воинами выезжал на охоту и собирал кощеев. Кто это такие? Да уж не бессмертные и непобедимые злыдни, чья смерть в иголке, которая хранится в яйце, которое находится в утке и так далее. Кощеи — главы аилов и кошей, самые уважаемые люди рода, местная знать. Они точно знают, сколько скота в племени, сколько лошадей, припасов, оружия и воинов, где их пастбища и откуда ждать угрозу. Именно с них, как моя правая рука, спрашивает Торэмен — бек за все просчеты, и это в порядке вещей. А на мне только общий контроль.
В заботах и хлопотах пролетел месяц. Вокруг, по — прежнему, спокойно и не происходило ничего неожиданного. Даже скучно. Но, наконец, появился Юрко Сероштан, который привел передовой отряд черных клобуков. В орду пришла первая сотня воинов и это были лихие бойцы, матерые степные рыцари, которым все равно с кем биться, хоть с ромеями, хоть с половцами, хоть с католиками. Главное — расплатиться с ними не забудь, а иначе сам под ударом окажешься.
Как я уже говорил раньше, современные черные клобуки прообраз казачества. Каждый мужчина — воин. Хозяйство тянут женщины. А подростки с малолетства готовятся к сражениям. Если выражаться иначе, то это заточенное на войну сообщество племен, которое во многом напоминает мою орду. Ведь среди черных клобуков люди из разных народов, разного вероисповедания и разных языковых групп. Есть потомки тьмутараканских дружинников и готов, торки, берендеи, печенеги, коуи, половцы и турпеи. Объединяет их лишь одно — все они служат русским князьям и царю Изяславу. Но в последнее время между государем Всея Руси и черными клобуками пробежала черная кошка. Изяслав Мстиславич, подражая римлянам и ромеям, решил рассредоточить степняков вдоль границ. Кого-то в Рязань и Чернигов направляет, а часть планирует перебросить в Галич и Владимир — Волынский. Вот только черные клобуки разбредаться желанием не горят. По крайней мере, не все. Поэтому вожди степняков, собравшись вместе, обратились к царю с просьбой, не раскидывать их по границам, а позволить выбрать своего князя, который станет вассалом Изяслава.
Пять лет назад, когда положение Изяслава Мстиславича было неустойчивым, предложение черных клобуков могло быть принято сразу, без долгих споров и размышлений. Но сейчас многое иначе. Царь есть царь. Ему новые князья, пусть даже преданные вассалы, не нужны. Он заинтересован в централизации власти и уменьшении количества крупных феодалов. А тут еще Рюриковичи влезли — только они имеют право быть князьями, а остальные самозванцы. После чего царь отказал вождям черных клобуков и сказал: «Кто не хочет подчиняться, того не держу». Тем самым он указал своим верным союзникам на дверь и степняков это задело. Пока еще они подчиняются царю, тем более что он не вечен, а его наследнику снова понадобятся лихие всадники. Однако осадок остался, и некоторые племена черных клобуков стали посматривать на степь. Особенно сильно недовольство выражалось среди берендеев и с первым отрядом наемников, которых завербовал Сероштан, прибыли два вождя, Сатмаз Каракозович и Кокай Мнюзович. Они хотели осмотреться и принять личное участие в походе на Крым, дабы понять, стоит вести со мной дела или лучше остаться в Поросье, где находились основные кочевья берендеев.
