Пища скудная: в основном рис, немного муки, овощи, зелень. Ни рыбы, ни тем более мяса нам не положено. Только по особо великим праздникам, которые я могу пересчитать по пальцам одной руки. Отощала, не сказать как. Но в основном от горя. Лицом почернела.
Праздников в средневековом китайском календаре мне явно не хватает! Мы с Ли Лу как-то растягиваем скудную пищу от визита до визита моего приемного сына, но приходится туго. Мне положено молиться. Днями и ночами. А не мясо трескать. Чего здесь в избытке — так это свечей.
К счастью для меня свечи в средневековом Китае делают из насекомых и семян, смешанных с рисовой бумагой для фитиля.
Хоть какой-то прикорм — фитиль, обернутый смесью перемолотых масличных злаков. Ключевое слово — масличных. Когда провизия задерживается, мы с Ли Лу с аппетитом лопаем свечи. И даже варим из них супчик. Ли Лу сначала сопротивлялась моей инициативе:
— Как можно, госпожа! Будда обидится, что мы его обкрадываем! Ведь это свечи для богослужений!
— Жечь можно и тряпки. А вот есть их не станешь. Мы и так страдаем от холода. Я уже готова разобрать один из павильонов, лишь бы согреться!
Барахла здесь — завались! Зеркала тоже есть. Хотя Ли Лу пришла в ужас, когда я сказала, что хочу спуститься вниз, к покойному супругу. И поискать предметы для отопления наших «барских покоев». Стулья какие-нибудь, корзины, одеяла. Короче все, что горит.
— Да вы что, госпожа! Не гневите Богов!
— Конфуций был мудрым, он меня простит. Да и что мне может грозить под землей? Смерть? Не смеши. Моя жизнь сейчас гораздо хуже смерти.
Я уже обнаружила, что в башне, венчающей последний приют Сына Неба, находится наклонная галерея. Довольно узкий каменный туннель. По нему я и спускаюсь в погребальный зал.
Что ж, с едой у меня туго. А вот драгоценностей — море! Да что там скромничать! Океан! Примеряю от скуки золотую сетчатую императорскую корону. Одежды богатые, царские. Без крошки хлеба — зато в парче и золоте с головы до ног. А ведь все это огромных денег стоит!
Вот же собака на сене! Мой покойный супруг. Грех так говорить, но кому бы продать хотя бы пару чаш из золота, или обменять на кусок сочного мяса? Да любого! Я и на тощую суповую курицу согласна!
Суюсь в следующий зал, вдруг там что-то съедобное? Вино хотя бы. И невольно ору. Это зал для наложниц. Тех, которых похоронили вместе с моим царственным супругом. Б-р-ррр…
Неужели тут нет выпивки? Ну не может мой Сын Неба, любитель вина и женщин оправиться в загробный мир, оставив все свои вредные привычке в мире земном! Женщин-то ему с собой выдали!
Наконец, кувшинчик вина находится. Я ликую. Ура! Не скисло! В уксус не превратилось. И сегодня у нас с Ли Лу будет праздник.
Сажусь у мужнина гроба и со смаком делаю большой глоток «живой воды». А захмелев, обращаюсь к саркофагу:
— Вот скажи: разве я тебе изменила? Ты же сам благословил меня на брак с Лин Ваном. У нас был договор: пока ты жив, я верна тебе. Я год соблюдала траур. Где тут прелюбодеяние? Молчишь?
Мне чудится дуновение ветра. Есть за тобой грех, Катя! Есть! Император гневается. Все дело в Пятом принце. Муж ведь говорил тебе: никаких внебрачных детей. На троне должна быть кровь императоров династии Мин. А не какого-то простолюдина. И уж конечно, не русской попаданки.
Тяжело вздыхаю:
— Ну, виновата. Но ты же должен меня понять. Я мать. Если Сан Тан не взойдет на трон, то без сомнения будет убит.
Конфуций всемогущий, о чем это я! На трон! Эк меня повело всего с пары глотков! Ты сначала выберись отсюда, Екатерина!
… В третий раз я лезу в петлю после визита Ран Мина. Напрасно понадеялась, что он оставит меня в покое. Я уже и не помню, сколько прошло времени с тех пор, как я заселилась в гробницу мужа. Вино закончилось быстро, но я нашла книги. Стала читать откровения великих мудрецов. Как-то отвлеклась. Забылась.
И вдруг является он! Мой мучитель!
— А я к тебе с подарком, Мэй Ли. И с хорошими новостями.
Невольно бросаю жадный взгляд на руки принца. Где корзина с едой? Он, гад, все замечает!
— Голодная? Это потом. Сначала новости. Меня прислал император. Супруга Ю беременна. Его величество на радостях объявил амнистию заключенным. Нет, тебя это не касается. Ты останешься здесь. Но ты можешь у меня спросить все, что захочешь. И я отвечу.
«Как там Сан Тан?», — так и рвется с моих губ. Меня больше всего на свете интересует судьба маленького сына. Жив ли он? Невольно прикусываю щеку изнутри. И чувствую во рту кровь. Катя, молчи! Принц только того и ждет! Он не с добром приехал. Это же очевидно.
— Молчишь? Хорошо. Тогда я сам скажу. За Ю Сю ты порадовалась, уверен. У тебя замечательная подруга. Верная, хотя и недалекая. Она пыталась отправить Лин Вану письмо. Но ты ведь знаешь, что такое Парчовые халаты. А я их командир. У меня повсюду шпионы. Так что письмо до князя не дошло. Я его перехватил. Вот оно. Можешь почитать. Ю Сю пишет с ошибками, зато красноречиво. Насладись.
