— Не надо, — Яо Линь останавливает мою руку. — Мы же подруги.
И бережно возвращает шпильку в мою прическу. Святая, что тут скажешь?!
— Ты будешь приходить ко мне каждый день? — я молитвенно складываю руки. — Хотя бы через день, я потерплю.
— Конечно, буду. Ты не умрешь с голоду, клянусь! — она крепко обнимает меня, бедолагу.
— Спасибо! А как твой принц? — спохватываюсь я.
— Принцесса при смерти, — грустно говорит Мэри Сью. — Жаль ее.
— Да. Жаль.
На самом деле мне ее не жаль. Она вышла замуж за красавца-принца, по любви. Никогда не знала, что такое голод, холод, горе. Ну не повезло: заболела туберкулезом. Но ее ведь никто не собирается хоронить заживо! Она умирает с комфортом, окруженная заботливыми неравнодушными людьми. Принц, хоть и влюблен в другую, хранит жене верность.
А я… А у меня…
Ладно, проехали.
— Пойду работать, — Яо Линь поднимается и протягивает руку мне. Помогает и тут.
Я, нехотя, встаю. Хорошо бы сейчас снять этот роскошный ханьфу, повязать передник — и стряпать, под крылышком у Яо Линь. Не понимала я своего счастья.
Вместо этого мне надлежит принять ванну и готовиться к ночи с Сыном Неба. Потому что служанки и евнухи при виде меня дружно ахают:
— В каком вы виде, госпожа!
Подумаешь, совсем чуть-чуть испачкалась в муке!
Мы возвращаемся в императорский дворец. Главный евнух, который встречает меня у двери в личные покои императора, пытается преградить дорогу и смотрит с неприкрытой ненавистью:
— Вы куда, госпожа?
— К себе. Отойди-ка от двери.
Вражина не трогается с места. Видать получил инструкции от своей хозяйки.
— Вы могли бы пожить с другими наложницами, госпожа Ли, — говорит он мне. — Я уже распорядился, чтобы вам приготовили покои.
— Поселить меня в общаге?! То есть, в общем дворце?! Где живут женщины, ни разу не удостоившиеся внимания его величества?! Это грубейшее нарушение этикета!
— Но вы не соответствуете статусу наложницы, — шипит он, словно ядовитая змея. И целится: как бы побольнее ужалить? — Безродная, невоспитанная, малообразованная…
— Я буду учиться.
— Вы ходите, как портовый грузчик. Смотрите, как хозяйка борделя, я в жизни не встречал у женщины такого циничного взгляда! А как вы говорите?! Это же позор!
— Слушай, ты… — нервы мои не выдерживают. Я хватаю главного евнуха за ворот его мрачного одеяния и с силой притягиваю к себе. — Ты ведь знал, что со мной будет, когда твои верные псы привели меня сюда. Знал про Лин Вана. Ты упивался тем, что можешь кого-то смешать с дерьмом. Потому что ты кастрат. Тебе ненавистны все, кто может продолжить свой род. Ты разрушил мою жизнь…
— Его величество так захотел…
— Допустим. Но этого можно было избежать! Почему не вмешалась твоя покровительница, которая управляет гаремом?! Одно ее слово — и меня оставили бы в покое!
— Кто ты такая, чтобы ее высочество о тебе думала?!
— Ах, так! Меня не замечают, ладно. Я это запомню. Сломали, походя жизнь, и даже вниманием не удостоили. Я тоже буду безжалостна.
— Ты… Ты посмела вмешаться в распорядок Небесного Дворца!
— А ты, небось, впервые получил отпор. И это еще цветочки! Я тебя смешаю с дерьмом.
— Самонадеянная наглая девчонка!
Он вырывается и брезгливо отпихивает меня рукой. После чего говорит:
— Я таких видел тысячи. Жить тебе осталось считанные дни. Ну, месяц. За тобой никого нет. Ни богатой родни, ни влиятельных покровителей. Даже денег нет на подкуп. Подарки его величества конечно щедры, но это ничто. Наследная принцесса несметно богата, она из древнейшего знатного рода. И скоро станет императрицей. Тебе лучше бы не дождаться этого, госпожа, — презрительно говорит главный евнух. — К тебе не будут милостивы. Ты даже яда не получишь перед тем, как тебя отволокут в гробницу! И умрешь мучительной медленной смертью! От голода!
— Посмотрим.
Да, у меня нет богатой и влиятельной родни. Госпожа Ли меня подставила и бросила. Мать настоящей Мэй. И отречется от меня, если прижмут. Мол, самозванка. Зато у меня есть император.
Который приходит поужинать со мной, как только заканчиваются текущие государственные дела.
— Как прошел твой день, Мэй Ли? — спрашивает его величество, с довольным видом окидывая взглядом накрытый стол. Мэри Сью постаралась на славу.
Сын Неба запомнил, как меня зовут! О, счастье! Я при виде него падаю ниц и лежу на полу, распростертая. Но император ласково говорит:
— Можешь подняться.
А когда я встаю с пола, кивает на диванчик, рядом с собой:
— Присядь.
Слуг, которые принесли все эти роскошные блюда сейчас, похоже, Кондратий хватит. Главный евнух говорит за всех:
— Ваше величество, это грубейшее нарушение этикета. Наложница не должна трапезничать с императором. Все исключения из правил закончились, потому что брачная ночь была вчера. Кстати, у меня есть вопросы к госпоже в связи с этим.
— А ты не стесняйся, здесь все свои, — нагло говорю я.
— Опытные женщины внимательно осмотрели простыню, на которой произошло соитие, а также одежду госпожи, — намекает вражина.
