— Генерал Ван, — говорю я, — подойдите.
Он с огромным трудом делает пару шагов. Будто на ногах у генерала пудовые камни. Голова его все также опущена. Я пытаюсь оживить этого мертвеца:
— Посмотри на меня, Лин!
— Госпожа!
В его взгляде отчаяние. Слуги, а их человек двадцать, включая носильщиков, обращаются в слух. Еще одно неосторожное слово — и нас обоих казнят! Лин боится не за себя — за меня.
— Не надо, госпожа, — тихо говорит он и низко мне кланяется. — Идите, куда шли.
— Поднимите меня, — командую я носильщикам и слышу разочарованный вздох.
Скандала не случилось. Я стискиваю зубы.
В этот момент я принимаю решение: жить! Лин Ван потерял надежду, но я нет!
Этот сильный мужчина, железный человек, боевой генерал не в силах биться за наше с ним счастье. Он отступил. Придется мне, женщине.
Не знаю, как я это сделаю, но я пойду босиком по камням, пусть даже среди них будут острые. А скорее всего, что они такими будут все. Торчащие из земли пики, каждая из которых оставит на моей босой ступне шрам. И все камни, по которым я буду ступать, зальёт моя кровь.
Но я пойду! И дойду!
Я, молча, плачу, пока меня несут на дворцовую кухню, но не оглядываюсь. Знаю, что за моей спиной также беззвучно рыдает несчастный Лин Ван.
Но во дворе продовольственного приказа беру себя в руки и командую:
— Опустите носилки!
Меня бережно, будто я бесценная хрупкая ваза династии Мин, опускают на землю. Служанки, оказавшиеся в это время во дворе, низко мне кланяются:
— Госпожа…
А я говорю:
— Позовите Яо Линь.
— Но госпожа… Стольница Линь сейчас занята.
— Вы что глухие?! Или не видите, кто перед вами?! Фаворитка императора, которая пришла сюда, на кухню, по его распоряжению! Хотите головы лишиться?!
— Простите, госпожа…
Вскоре во дворе появляется моя персональная святая и тоже низко кланяется:
— Поздравляю, госпожа Ли…
С чем?! С тем, что меня живой положили в гроб?! В моем сердце только Лин Ван! Который теперь далек, как африканский берег! А у меня только утлая лодченка, без паруса и весел! Я гребу ладошками, а встречный ветер все больше похож на ураган!
— Мне надо с тобой поговорить, Яо Линь.
Я иду в укромное местечко, о котором мы с Яо Линь прекрасно осведомлены. Сколько раз мы рыдали там, обнявшись!
Слуги дружно тянутся за мной, опережая даже ту, кого я пригласила для персональной беседы. С глазу на глаз. Я оборачиваюсь и рявкаю:
— Стоять! А вы куда?!
— Не положено, госпожа, — поджимает и без того невидимые губы один из евнухов. — Мы должны все время быть рядом с вами.
— Будьте. Только здесь, у носилок. Я никуда не денусь.
— Но, госпожа…
— Слушай ты, гундосый, — не выдерживаю я. — Будешь мне возражать — тебе сегодня же шкуру спустят палками. Когда по моему приказу с десяток, таких как ты, прибьют, остальные будут беспрекословно повиноваться. Я сегодня ужинаю с императором, и если ты не угомонишься сейчас, то будешь первым в списке моих врагов. И сегодня же я пожалуюсь его величеству, что ты меня разозлил. Был непочтителен с фавориткой. Недостаточно низко мне поклонился и не сказал «госпожа».
Он смертельно бледнеет и отступает, за ним и остальные. Но взгляд у них недобрый. У всех. Я только что ступила на тропу безжалостной войны. Яо Линь осуждающе качает головой:
— Зачем вы так, госпожа?
— Ты. И зови меня как раньше: Мэй Ли. Мы ведь с тобой по-прежнему подруги?
— Но вы наложница императора, а я ваша служанка…
— Перестань! Хоть ты меня не зли! Несчастный случай вознес меня туда, куда я не хотела. И к тебе я с нижайшей просьбой.
Мы садимся за телегу, груженную мешками с мукой. Прямо на землю. Я — в своем роскошном ханьфу и при высокой прическе, украшенной золотыми и нефритовыми шпильками. Невольно чихаю:
— Апчихи!
Мэри Сью наконец-то улыбается.
— Будь здорова, Мэй Ли!
— Спасибо. Я сегодня ужинаю с императором, как ты слышала. А также буду с ним завтракать после ночи, которую… В общем, мне надо, Яо Линь, чтобы стол по-прежнему ломился от яств. Ибо это символ изобилия и процветания Поднебесной. Но мы же обе прекрасно знаем, что потом делают с этими блюдами. Его величество почти ничего не ест, у него плохие зубы. Часть нетронутых блюд император дарит своим приближенным. Понятно, что они заинтересованы в сытных мясных блюдах. Другая часть отправляется за ворота Запретного города. Их продают в трактирах как «блюда из дворца» за баснословные деньги. И на этом наживается главный евнух, я уверена. Он мне пока не по зубам. Поэтому кардинальных изменений в меню не будет. Но мне нужны диетические супчики и тофу. Каши, без сухофруктов. Много апель… Сока из плодов золотого яблока.
— Я все поняла, — кивает моя святая.
— Еще мне нужно, чтобы ты, Яо Линь лично приносила мне каждый день корзину с едой. Приготовленной твоими руками. Потому что меня попытаются отравить.
— Мэй Ли!
— Да. Не спорь. Я у них все равно, что бельмо на глазу, дальше будет только хуже. Я буду есть только то, что приготовишь ты, лично. Потому что доверяю только тебе. Я клянусь своей жизнью, что отплачу добром! Хочешь — бери все, что у меня есть! — я торопливо вынимаю из прически нефритовую шпильку.
