– Так, давайте-ка все успокоимся, – примирительно поднял он ладони. – Нам всем хорошо бы немного остыть и приготовиться к долгой обстоятельной беседе. Мелия, душечка, – повернулся адвокат к горничной и перехватил подсвечник. – Мы все очень ценим ваш боевой настрой, но сейчас предпочли бы чашечку крепкого чая.
– Чая? – растерянно переспросила Мелия. – Как обычно, со специями?
– Ни в коем случае, – отрезал лорд Фабиано, прежде чем кто-нибудь успел ответить.
Горничная с подозрением покосилась на него.
– Да, Мелия, без специй, – подтвердил лорд Сантанильо. – А теперь, уважаемые господа спасатели, попрошу ненадолго оставить нас одних. Можете не беспокоиться за лорда и леди. Самое большее, что им угрожает, это остаться без десерта к чаю, если ваша очаровательная юная кухарочка все еще готовит тот восхитительный мармелад.
Густаво открыл было рот, но Мелия торопливо выдворила всех слуг из сторожки и плотно закрыла за собой дверь.
Лорд Сантанильо опустился в кресло.
– А теперь нам, пожалуй, пора поговорить, – достав монокль, адвокат мельком взглянул на меня и со вздохом полез в карман. На свет появилась маленькая запечатанная бутылочка с подозрительного вида зельем. – Это такой же отвар, как тот, которым поит Даррена наш общий знакомый дознаватель. Бабуля передает привет. Пейте, миледи я-свечусь-ментальной-магией-точно-ярмарочная-карусель. Хуже вам точно не станет. В ближайшую пару часов вы нужны нам хотя бы приблизительно адекватной.
Я забрала бутылочку, принюхалась и с сомнением сделала крошечный глоток. На вкус зелье действительно напоминало то, что дал мне после суда господин Маркони, хоть я и не сумела определить даже приблизительный его состав. Решив не спорить с адвокатом, который до настоящего момента пока не сделал нам ничего плохого, я одним махом допила остаток отвара.
– Так-то лучше, – кивнул лорд Сантанильо, забирая обратно пустую бутылочку. – Думаю, стадию громких приветствий и крепких дружеских объятий мы успешно прошли. Миледи, полагаю, знакомить вас с нашим общим другом уже не обязательно?
– Он! – Я вытянула руку, указывая на застывшего в стороне лорда Себастьяни. – Это он был тогда на суде! Он применил ко мне ментальную магию!
Лорд Сантанильо горестно вздохнул, покачал головой.
– Вот говорил я бабуле, что любое зелье, предназначенное для впечатлительных дам, должно содержать в составе изрядную долю валерианового корня, – пробормотал он себе под нос и добавил уже громче, обращаясь ко мне: – Да, миледи, он был на суде. И нет, он на вас не воздействовал.
Ярко-синие глаза бесстрастно взглянули на меня, но я не желала успокаиваться.
– Это же он! Он – тот судебный менталист!
– Что? – В голосе Майло послышалось неподдельное удивление. – Ты уверена? Фабиано, но почему…
Супруг замолчал, встретившись взглядом с бывшим партнером и другом.
– Да, я судебный менталист, – просто и как-то буднично ответил лорд Себастьяни. Без маски, искажающей голос, узнать его можно было лишь по размеренному темпу речи и отстраненному спокойствию. – Лицензированный. И да, Майло, о таком обычно не говорят. Даже друзьям. Профессия обязывает. Анонимность, маски и плащи выдуманы не ради эффектного образа. Это необходимая мера, сохраняющая тайну моей личности.
– А что же тогда должно защищать от вас остальных? – выпалила я. – Что мешает вам воздействовать на окружающих в свободное от… работы… время?
– Регулярные проверки, ограничивающие артефакты и магическая клятва, – ровным голосом ответил лорд Себастьяни, словно мой вопрос не показался ему оскорбительным или бестактным. – Желаете убедиться?
Он поднял правую руку и закатал рукав. Толстый браслет, украшенный не меньше чем дюжиной кристаллов, свободно скользнул вниз по запястью, обнажая совершенно чистую бледную кожу. Я невольно покосилась на свои руки, лежавшие поверх одеяла. Шрамы от ожога, полученного, когда Бренци силой увез меня из поместья, почти зажили, но все равно оставались заметными. Да и на запястье Майло виднелись красноватые следы – наказание за нарушенное судебное ограничение.
Разница между нами и лордом Себастьяни была очевидна.
– Но… – Я смутилась, не зная, как извиниться. – Если не вы, то кто же тогда?
– А вот об этом мы и хотели поговорить, – хлопнул в ладоши лорд Сантанильо.
Из-за дверей раздался робкий голос Мелии, спрашивающей разрешения войти. Горничная принесла чай и целое блюдо сладостей, оставшихся после свадьбы. Следом за ней шла Лоисса с тяжелым пузатым чайником с кипятком. Оставив все на прикроватном столике, служанки тихо удалились, не задавая лишних вопросов.
В закрывающуюся дверь проскользнул Милорд-кот, вымытый, вычищенный и совершенно не похожий на лесное чудовище, которое добралось несколько дней назад до поместья с запиской от Даррена. Запрыгнув ко мне на кровать, кот потерся о мою ладонь, милостиво подставил ухо под пальцы хозяина, а потом, к немалому изумлению нас обоих, перескочил на колени лорда Фабиано, где и остался, оглядывая комнату с царственным видом.
