Несложно было представить, как сильно главы почтенных семейств желали уничтожить предприятие лорда Кастанелло. Или – что еще лучше – забрать все себе, не приложив никаких усилий ни к созданию предприятия, ни к работе. Я вспомнила разряженный кристалл, некогда питавший оборудование фабрик, и ощутила мрачное удовлетворение.
– До недавнего времени мы с Фабиано успешно отбивались ото всех нападок со стороны старых лордов. Но… – Супруг помрачнел, плотно сжал тонкие губы. – Раньше это касалось лишь фабрик. И никогда – никогда! – моей семьи. Тот, кто стоит за обвинением, лишен любых представлений о морали, лишен всего человеческого.
– Человек с красным перстнем, – прошептала я. – Если кто-то и мог сотворить такое, то только он.
Лорд Кастанелло вдруг повернулся ко мне. В его взгляде вспыхнула странная решимость.
– Мы должны поехать на похороны, – заявил он.
– Что? Зачем?
– Все, кто метит на место Сайруса, обязательно будут там. Станут изображать фальшивую скорбь, соревнуясь друг с другом, кто больше сожалеет о безвременной кончине городского главы, и присматриваясь к будущим политическим противникам. Это наш шанс, Фаринта. Шанс увидеть их всех в одном месте, шанс отыскать человека с красным перстнем. Вдруг вы сумеете узнать артефакт или его хозяина?
– Вы так уверены, что менталист там будет? – с сомнением спросила я.
– Сайруса устранили с помощью ментальной магии, – тут же ответил лорд Кастанелло. – Зачем убивать главу городского совета, а потом упускать возможность занять высший пост? Уверен, Корвус давно это понял. Вот только он не сумеет вычислить менталиста. А вы – сможете.
Если бы я могла поверить в свои силы, неконтролируемые и опасные, с той же легкостью, с которой верил в них Майло…
Супруг наклонился ко мне, заглядывая в глаза.
– Прошу вас, Фаринта. Ради меня. Ради Даррена.
Чувствуя, что совершаю очередную ошибку, я обреченно кивнула.
Погребальная процессия неспешно поднималась в гору. Высокие кипарисы, высаженные вдоль извилистой тропки, возвышались над нежно-зелеными кронами молодой листвы, точно траурные часовые, отбрасывая на землю скорбные черные тени. На горизонте медленно собирались тяжелые грозовые тучи – к ночи, наверное, должен был разразиться ливень.
Шестеро крепких законников несли на плечах гроб с телом лорда Ранье. Рядом с ними, как вполголоса пояснил Майло, шла единственная дочь Сайруса от первого брака, а следом вереницей тянулись прочие родственники и представители почти всех уважаемых семейств города – проститься с лордом Сайрусом Ранье собралось не меньше двухсот человек. В толпе я разглядела и темный иренийский платок госпожи Кауфман, и высокую худощавую фигуру профессора Лауди, моего преподавателя по теории зелий, и собранные в хвост длинные седые волосы лорда Террини.
Бывший глава Аллегранцы должен был занять достойное место среди своих высокородных предков. За несколько веков до основания у излучины Гранны крупного торгового города первые лорды Себастьяни, Ранье, Террини и Осси жили в небольших замках, раскинувшихся по склонам окрестных холмов. Там же располагались и старинные усыпальницы, давшие последний приют не одному десятку поколений знатных лордов-артефакторов. К захоронениям вела длинная извилистая дорога, столетия назад выложенная гранитным камнем, а сейчас покрытая ковром из мха, корней и старых листьев. Но зато с вершины холма у подножия полуразвалившейся сторожевой башни открывался поистине великолепный вид на огромный город и зеленоватую ленту полноводной реки.
Весенняя земля на северном склоне холма, лишь недавно оттаявшая от снега, была влажной и скользкой. За неимением подходящего платья мне пришлось надеть старый наряд леди Элейны, который Мелия отыскала где-то в сундуках на чердаке. Но первая жена Майло оказалась выше меня почти на ладонь, и слишком длинная юбка закрытого черного платья все время норовила опутать ноги. Да и ботинки, пригодные лишь для ходьбы по городу, нещадно натирали ноги. Если бы не Майло, поддерживавший меня под руку, я не одолела бы и половину подъема. Впрочем, судя по недовольным вскрикам других дам, не я одна испытывала подобные трудности.
Когда мы наконец достигли кладбища, солнце уже клонилось к закату. Законники установили гроб на постаменте, началась долгая церемония прощания. Гроб был один. Несмотря на то что молодая жена лорда Ранье, как ни иронично это звучало, умерла в один день с горячо любимым супругом, законники не отдали тела для пышных официальных похорон. Наверное, несколько дней спустя на этом же кладбище пройдет еще одна маленькая закрытая церемония, но сейчас никто не хотел лишних слухов.
