К воспоминаниям Тернудда мы еще обратимся при описании строительства поселка «Вилла Петролеа», которое осуществлялось на глазах Густава с лета 1882 года. В «Бранобеле» он проработает до 1888 года, после чего по сугубо личным и семейным обстоятельствам[68] вынужден будет вернуться в Финляндию. К моменту его вступления в должность управляющего в товариществе числилось более сотни служащих и, как мы уточнили, две тысячи рабочих. Справедливая система распределения прибыли, которую Людвиг когда-то ввел на своих заводах в Петербурге и Ижевске, действовала по тем же принципам и на «Бранобеле», с той лишь разницей, что компания в Баку являлась акционерным обществом. В книге «25-летие Товарищества нефтяного производства Бр. Нобель» утверждалось: «Кроме текущего содержания, на основании параграфа 56 Устава Товарищества, 40 % чистой прибыли, сверх 8 % на капитал, назначается в вознаграждение членов Совета Правления и служащих».
За 1881 год дивиденды составили 25 %, а прибыль после амортизации – 164 тысячи рублей. Директора, учредители, акционеры разделили между собой 506 тысяч рублей, «что является приличной суммой», – с чувством гордости повторял Людвиг. Как и на многих других объектах, которыми он талантливо руководил, в Черном городе и Балаханах были открыты избы-читальни и технические школы, а на промыслах построены жилые дома и созданы комфортные условия для отдыха рабочих. Но об этом ниже.
Ко времени своей очередной поездки в Баку и Царицын Людвиг взял (зимой 1882 года) кредит в размере одного миллиона рублей с процентной ставкой на два процента выше дисконтной, выданный ему купцом первой гильдии, известным банкиром Горацием Гинцбургом. В качестве гарантии были заложены нефтяные акции на такую же сумму. В случае, если кредит не будет погашен к 1 апреля 1883 года, Гинцбург имел право выкупить акции, чего Людвиг, разумеется, хотел избежать, не желая впускать посторонних акционеров.
Ранее неоднократную помощь товариществу оказывал Альфред Нобель, еще в 1881 году предоставивший полмиллиона шведских крон аванса верфи Мутала на строительство новых танкеров. Летом 1882 года он по собственной инициативе перевел товариществу крупную сумму через Банк Франции (
Неустойчивое положение бакинской компании Альфред считал «достаточно серьезным» для беспокойства, и в начале того же года он одолжил «Бранобелю» еще один миллион рублей. «Возможно, я слишком сгущаю краски; но если вы, столь скоро после поступления нового капитала, пребываете в некотором затруднении, то что можно ожидать в течение оставшегося года, когда впереди одни расходы и никаких доходов?»
Его обеспокоенность происходящим была столь сильна, что в феврале 1883 года он поехал в Петербург с целью обсудить с Людвигом стратегию развития компании. Это было первое посещение Альфредом российской столицы за 12 лет. Визит ознаменовался пламенными спорами братьев, с самого начала представлявших два разных подхода к ведению крупного бизнеса. Альфред был предпринимателем, капиталистом, привыкшим управлять год от года растущими в капитализации международными предприятиями. Людвиг был по складу производственником, «хозяином» завода, который предпочитал сохранить дело в руках семьи и своей команды, считая, что спекуляциями на фондовом рынке и игрой на бирже должны заниматься «те, кто не годится для чего-нибудь по-настоящему полезного». Да и характеры у братьев были тоже разные: прирожденный пессимист Альфред по любому поводу и без любил сгущать краски, в то время как Людвиг во всех проблемах видел возможности и вдохновлялся новыми вызовами и трудностями.
«…в Петербурге я нашел финансовое положение довольно запутанным, почти угрожающим, несмотря на огромные ресурсы Людвига, – с печалью сообщал Альфред Роберту. – Видимо, вы строились слишком быстро, не учитывая потребности в огромных оборотных капиталах для дела, которое первые семь месяцев в году только ест и ничего не приносит».
Размахивая кулаками и экономическими расчетами перед глазами Людвига в Петербурге, Альфред заставил брата «вычеркнуть» из бюджета на 1883 год проекты, которые, по его мнению, можно было отложить на потом (это касалось проектов постройки школы, клуба, новых жилых домов и парка, прокладки трубопровода для пресной воды и т. п.). По мнению Альфреда, отсрочка была необходима для консолидации позиций компании. «Я внушил всем им здоровый страх перед бюджетным дефицитом, – с победным ощущением своей правоты сообщал Альфред Роберту, – и теперь Людвиг вычеркнул целый ряд новых сооружений, которые уже начаты, но вполне могут подождать до следующего года».
