Однако у семьи Нобель дела внешне шли совсем неплохо. В январе 1855 года фирма «Нобель и сыновья» подписала новый контракт с Военным министерством на установку еще 1160 морских мин в водах вокруг Або и Свеаборга на общую сумму в 116 тысяч рублей. Одновременно продолжалось производство паровых двигателей для трех новых военных кораблей, и Эммануил Нобель не мог не понимать, что вряд ли уложится в отведенные ему сроки, но был уверен, что закончит все двигатели к осени 1856 года.
2 марта 1855 года, после поражения русской армии в Крыму, скончался Николай I, и на престол вступил его сын Александр II. Как и многие жители России, Альфред и его братья встретили эту весть восторженно – с новым императором многие связывали обновление России, и, заметим, не без оснований. В своих стихах Альфред описывал нового императора как «честного человека», наделенного совестью. Он, кстати, сразу же высоко оценил заслуги Эммануила Нобеля перед отечеством, наградив его золотой императорской медалью «За заслуги», а затем орденом Станислава третьей степени.
В личной жизни семьи в зимние месяцы 1855 года тоже все было замечательно. Людвиг наконец сделал предложение кузине Мине, и теперь осталось лишь дождаться, пока она излечится от своей болезни легких, чтобы сыграть свадьбу.
И все же главным в их жизни была работа. Людвиг в течение 1855 года продолжал работать над созданием паровых котлов, демонстрируя и отличное инженерное мышление, и прекрасные навыки руководителя. Альфреда отец отправил в российскую глубинку к поставщикам сырья, для того чтобы обеспечить его своевременную доставку, то есть, по сути, ему досталась роль снабженца. При этом он, по его собственным словам, оказался в местах, «где все замерзло» и где «не было ни чернил, ни пера, ни мыслей».
Роберт продолжал заниматься установкой мин, а так как зима выдалась холодной, а весна поздней, то ему и его рабочим пришлось для этого прорубать во льду проруби. Вдобавок в марте работы прибавилось: Александр II дал указание поставить вокруг Кронштадта еще 300 «мин Нобеля». Но эта дополнительная работа означала и дополнительные деньги.
Полтора месяца спустя, когда весна 1855 года окончательно вступила в свои права, у Нобелей начались неприятности. В чем именно они состояли, отлично описывает Ингрид Карлберг: «Некоторые из прошлогодних мин остались в воде вокруг Кронштадта. Когда сошел лед, они оторвались и плавали по воле волн. Русский фельдфебель имел неосторожность поднять мину, выброшенную на берег. Первая катастрофа случилась, когда мина взорвалась у него в руках. Фельдфебель находился между жизнью и смертью, десять стоявших рядом солдат лишились зрения, еще десять получили ранения и ожоги. Рапорты о плавающих минах продолжали поступать. Через некоторое время характер сообщений изменился. Дело в том, что многие мины оказались совершенно испорченными и не опасными для неприятеля – еще более страшная катастрофа. Когда плавающие прохудившиеся мины выловили еще и в Свеаборге, русский генерал-майор рассердился и потребовал, чтобы заводчик Нобель прибыл лично и провел инспекцию своих мин»[32].
Дальше неприятности пошли по нарастающей. Жалобы из армии на мины Нобеля продолжали поступать непрерывно. Многие из них треснули, а в тех, что держались, промок порох, и они перестали представлять какую-либо угрозу для врага. В сентябре среди привезенных Нобелем в Россию немецких рабочих начались волнения, вскоре переросшие в забастовку. В конце концов Эммануилу пришлось вызвать полицию, чтобы выставить с территории завода одного из зачинщиков беспорядков. Вдобавок соседи «Чугунолитейных мастерских» начали регулярно жаловаться на грохот установленного на заводе нового парового молота, утверждая, что он не только лишает их покоя, но и сотрясает все здания в квартале так, что кажется – еще немного и они обрушатся. А значит, приходилось улаживать с властями и этот непростой вопрос.
Но самый большой удар для семьи последовал 28 ноября 1855 года – в этот день, судя по всему, скоропостижно скончался младший сын Эммануила и Андриетты Нобелей 10-летний Рольф, и супруги уже до конца дней не могли оправиться от смерти мальчика, хотя впереди их ждала еще одна, не менее страшная потеря. Что их спасало, так это, безусловно, любовь – 55-летний Эммануил писал Людвигу Альселю, что, несмотря на горе, его супруга стала еще красивее, чем когда-либо, и эта фраза, говорит очень и очень много.
30 марта 1856 года в Париже был подписан унизительный для России мирный договор, означавший окончание войны. Но для Нобелей это несло лишь новые беды…
