| He was the most inconsiderate creature in that swarming mass of mankind which for a brief space occupied the surface of the earth; and he was almighty because he had wrenched from chaos the secret of its nothingness. | Человек - только мельчайшая песчинка в огромном людском водовороте, захлестнувшем на короткий миг земную поверхность; но он становится всесильным, как только разгадает тайну, что и хаос - ничто. |
| Thoughts came tumbling over one another in Philip's eager fancy, and he took long breaths of joyous satisfaction. | Мысли теснились в воспаленном мозгу Филипа, он задыхался от радостного возбуждения. |
| He felt inclined to leap and sing. | Ему хотелось петь и плясать. |
| He had not been so happy for months. | Уже много месяцев он не был так счастлив. |
| "Oh, life," he cried in his heart, "Oh life, where is thy sting?" | "О жизнь,- воскликнул он в душе,- о жизнь, где твое жало?" |
| For the same uprush of fancy which had shown him with all the force of mathematical demonstration that life had no meaning, brought with it another idea; and that was why Cronshaw, he imagined, had given him the Persian rug. | Та же игра воображения, которая доказала ему, как дважды два - четыре, что жизнь не имеет смысла, натолкнула его на новое открытие: кажется, он наконец понял, зачем Кроншоу подарил ему персидский ковер. |
| As the weaver elaborated his pattern for no end but the pleasure of his aesthetic sense, so might a man live his life, or if one was forced to believe that his actions were outside his choosing, so might a man look at his life, that it made a pattern. | Ткач плетет узор на ковре не ради какой-нибудь цели, а просто для того, чтобы удовлетворить свою эстетическую потребность, вот и человек может прожить свою жизнь точно так же; если же он считает, что не свободен в своих поступках, пусть смотрит на свою жизнь как на готовый узор, изменить который он не в силах. |
| There was as little need to do this as there was use. It was merely something he did for his own pleasure. | Человека никто не вынуждает плести узор своей жизни, нет в этом и насущной необходимости - он делает это только ради собственного удовольствия. |
| Out of the manifold events of his life, his deeds, his feelings, his thoughts, he might make a design, regular, elaborate, complicated, or beautiful; and though it might be no more than an illusion that he had the power of selection, though it might be no more than a fantastic legerdemain in which appearances were interwoven with moonbeams, that did not matter: it seemed, and so to him it was. | Из многообразных событий жизни, из дел, чувств и помыслов он может сплести узор - рисунок выйдет строгий, затейливый, сложный или красивый, и пусть это только иллюзия, будто выбор рисунка зависит от него самого, пусть это всего лишь фантазия, погоня за призраками при обманчивом свете луны - дело не в этом; раз ему так кажется, следовательно, для него это так и есть на самом деле. |
| In the vast warp of life (a river arising from no spring and flowing endlessly to no sea), with the background to his fancies that there was no meaning and that nothing was important, a man might get a personal satisfaction in selecting the various strands that worked out the pattern. | Зная, что ни в чем нет смысла и ничто не имеет значения, человек все же может получить удовлетворение, выбирал различные нити, которые он вплетает в бесконечную ткань жизни: ведь это река, не имеющая истока и бесконечно текущая, не впадая ни в какие моря. |
