С работой всё обстояло вполне очевидно. Нужно подготовить и разослать все мыслимые запросы для установления характеризующих данных о личностях убитого и убийцы, допросить соседей по дому об их взаимоотношениях и, главное, постараться поточнее подтвердить личность погибшего. Если большую часть работы Игорь в состоянии выполнить сам, то для установления принадлежности обнаруженных следов крови и частей тела одному трупу нужно провести генетическую экспертизу. Если найдутся кровные родственники, то та же экспертиза докажет принадлежность останков конкретному лицу.
Придется поломать голову, как этих людей найти. Без помощи Куницына и возможностей уголовного розыска дело может затянуться. Информация о брате убитого очень уж куцая. Ни имени, ни адреса. Знаем только фамилию и отчество. Игорь решил не ограничиваться только письменным поручением оперативникам, но и лично переговорить с Куницыным, чтобы он взбодрил своих подчинённых.
Разговор с ним Игорь отложил на вечер, а сам, приехав в Калашинский следственный отдел, поднялся на второй этаж, чтобы доложить руководителю отдела Сорокину о ходе расследования.
В служебных хлопотах день пролетел незаметно. За окном стемнело. Игорь спохватился, что не предупредил Куницына, чтобы тот дождался его приезда. Но на звонок начальник уголовного розыска ответил сразу и заверил, что он на службе и ждёт Игоря, поскольку всё равно дежурит.
Теперь можно было и не очень торопиться.
В коридорах отдела полиции, несмотря на позднее время, было людно. Кого-то приводили и уводили. Кое-кого и в наручниках. Сотрудники с озабоченным видом сновали из кабинета в кабинет с листками служебных документов.
Игорь, постучав, вошёл в кабинет Куницына, но увидев, что тот не один, шагнул, было назад, чтобы подождать в коридоре.
– Заходи, заходи Игорёк, – весело окликнул его хозяин кабинета, – ты нам не помешаешь.
– Здравствуй, Евгений, может, я позже, – засомневался Игорь, которому не хотелось обсуждать свои вопросы при постороннем.
– Да мы уже заканчиваем, – успокоил Куницын, – вот, Игорь, познакомься с товарищем.
Игорь назвал себя и кивнул в знак приветствия мужчине средних лет, который, привстав со стула, представился:
– Майор Третельников.
Этот Третельников был в обычном гражданском костюме и свитере, и Игорь решил, что это какой-нибудь опер из соседнего района.
Хитрый Куницын, поняв ошибку Игоря и желая поинтриговать, спросил:
– Ты подумал, что это – мой коллега мент? Ну и ошибочка у тебя вышла. Майор-то он майор, но не полицейский, а армейский. Ничего тебе это не подсказывает?
– А должно? – не удержавшись, съехидничал Игорь, не любивший эти Женькины подначки.
– Ещё бы не должно. Кто у нас главный в районе по дедукции, если не ты?
– Известно, кто у нас главный по дедукции – мой шеф Сорокин, – парировал Игорь, – хочешь, спроси его сам на досуге.
– Нечего и спрашивать. Он чиновник, а следак ты. Разве не так? Ладно, даю ещё подсказку. Помнишь, обедали с тобой в кафешке, и один перец там в мундире рассекал?
– Конечно, помню. Ну и что? – удивился Игорь.
– А то, что мундир-то, вот этого товарища, – указал Куницын на Третельникова.
– Как же это так? – спросил Третельникова Игорь.
– Понимаете, товарищ следователь, был проездом в Москве. Знакомых навещал. Ну и переоделся в гражданское, чтобы внимание не привлекать. Когда на вокзале меня провожали, несколько бдительность утратил, вот чемодан с военной формой и украли. Хорошо ещё, что документы и деньги хранил при себе. Форму-то мне не так жалко, а вот награды никто по второму разу вручать не станет. Спасибо большое вашим ребятам, что помогли вора обнаружить и все медали вернуть.
– Да что там благодарить, это наша работа, – с притворной скромностью отозвался Куницын, – вас, товарищ майор, машина внизу ожидает. Отвезут как раз к отходу электрички в Москву.
Пожав им руки, майор отправился к машине, а Игорь вопросительно воззрился на Куницына.
Тот сначала делал вид, что взгляда не видит, а потом, рассмеявшись, пояснил:
– Когда мы моего «крестника» в геройской форме в кабаке с бабой увидели, я ещё подумал, вот бывает же. Смолоду воровал, а выпали в жизни испытания в какой-нибудь горячей точке и пожалуйста: стал героем. И тебе ещё, помнится, сдуру это сказал. Только начало меня, как старого опера, какое-то седьмое чувство точить и подталкивать. Проверь, да проверь. Ну, запросили по районным и линейным отделам полиции, не проходили ли по кражам военные шмотки. И на тебе, на Казанском вокзале в Москве такая регистрация была. Именно наш случай: майорский китель и точное описание наград. Короче, вор, он и есть вор: черного кобеля не отмоешь добела. Так мы этого майданщика прямо тёпленького на квартире той самой официантки, твоей антисанитарной подруги, и взяли. Как говорится, с поличным, и угол был при нём. Ну, как тебе?
– Лихо! Ты, прямо как Мегрэ, нутром зло чуешь, – уважительно согласился Игорь, – только как ты сказал? «Майданщик»? И при чём тут «угол»?
