Но, главное, он вдруг почувствовал, что увереннее начинает смотреть в будущее. Он, раньше никому не нужный простой парень, оказался угоден Всевышнему, который теперь предопределяет его жизненный путь, как и судьбы множества братьев по вере. Сергей, по своему простодушию, настолько искренне считал открывшееся религиозное чувство даром лично ему, что своё желание тщательно выполнять обряды и соблюдать запреты он расценивал как ничтожную свою плату на ниспосланное ему спасение.
Абдулло осторожно поддерживал Сергея в его намерениях погрузиться в религию, но старался остудить его пыл, призывая к постепенности. Он теперь начал выкраивать часы и подолгу разговаривать с Сергеем, стараясь убедиться в подлинности его чувств. Как слушатель присутствовал и Тахир, который, пользуясь случаем, и сам узнавал много нового.
Когда в один из вечеров заговорили об обязанностях мусульман и Абдулло на память процитировал Коран:
– «Вам не достичь благочестия, покуда не будете делать пожертвований из того, что любите». Аллах заповедовал нам не только молитвенный обряд, но и «закят», и «садака» – подаяние нуждающимся братьям. Наш долг поддерживать братьев, особенно тех, кто в походе по пути Божию, тех, кто совершает «джихад», борясь с мирским злом и соблазнами. Помните об этом.
– Уважаемый Абдулло, а мне кому передать такое подаяние? – заинтересовался Сергей.
– Ты можешь сейчас ничего не передавать. Слишком мал твой доход. Кроме того, твоя вера только началась, и твоё сердце должно в ней укреплять, поэтому ты сам вправе получить подаяние от братьев, – с улыбкой ответил Абдулло, – но если ты сам хочешь помогать, то мы это примем с благодарностью. Аллаху Акбар! Бог велик!
Продолжению разговора помешал приход нового гостя. Сергей уже знал, что его зовут Холик. Смуглое с резкими чертами лицо Холика, как обычно, не выражало никаких эмоций. При невысоком росте крепко сбитая фигура излучала немалую силу, которую было не скрыть за скупыми движениями. Он сдержанно поздоровался сначала с хозяином, потом с остальными и молча присел на предложенный стул.
Сергей почувствовал, что его присутствие становится лишним, и начал прощаться. Тахир вышел на улицу его проводить.
– Зачем тебе этот неверный, Абдулло? – негромко проговорил Холик, – нужно держаться от них подальше, а не учить их нашей вере.
– Ты сильно ошибаешься, Холик, – возразил хозяин дома, – польза от него будет. Да и по отцу он нашей крови, а это большое дело.
– Он не знает наших обычаев, не знает наш язык, – упрямо продолжал Холик, – его не воспитывали в нашей вере. Он будет плохой мусульманин.
– Какой он будет мусульманин – это ведает Аллах, – строго отрезал Абдулло, – не тебе судить об этом. По обычаям он русский, и выглядит как все они, но в том его сила. Он не трус и боец неплохой. Главное, чтобы сердце его устремлялось к истинному решению. Вот в этом я ему помогаю. Не вздумай помешать мне, иначе горько пожалеешь.
– Я не собираюсь мешать тебе, Абдулло, делай, как велит тебе Аллах! – при этих смиренных словах Холик опустил взор, но мускулы на его скуле предательски заиграли от стиснутых в ярости зубов.
Абдулло, внимательно следивший за говорящим, только укоризненно покачал головой.
Начальник уголовного розыска Куницын позвонил следователю Климову вечером и предупредил, что завтра утром доставят брата убитого для допроса.
Игорь договорился с райбольницей, чтобы прислали фельдшера. Предстояло получить образцы крови и букального эпителия с внутренней стороны щеки брата убитого для генетической идентификации останков. Образцы эпителия мог отобрать и следователь-криминалист Горячкин, но отбор крови хотелось всё-таки доверить специалисту.
Ровно в одиннадцать в дверь кабинета постучали. На приглашение Игоря вошел знакомый полицейский сержант и сообщил, что нужного человека привезли.
В кабинете из-за спины сержанта появился неопрятный дедок маленького роста, и у Игоря мгновенно засосало где-то под ложечкой в предчувствии неприятностей.
Но посетитель вел себя вежливо, назвался, предъявил паспорт и ожидал, что ему сообщит Игорь.
Игорь коротко рассказал о случившемся, выразил, как умел, своё сочувствие и приступил к допросу.
Выяснилось, что с судимым родным братом тот иногда созванивался, но подробностей о его жизни в Калашине не знает. Больше родни у них нет.
Игорь под роспись в постановлении разъяснил ему права потерпевшего и поинтересовался, сможет ли он опознать тело брата по нескольким фрагментам. Потерпевший заявил, что попробует.
Пришло время звать фельдшерицу, которая до этого мирно посиживала в кабинете криминалистики и угощалась растворимым кофейком.
Игорь объяснил потерпевшему, что предстоит небольшая процедура. Медицинский специалист получит у него соскобы с внутренней стороны щёк, что совершенно безболезненно, и отберёт немного венозной крови в стерильный флакон и на марлевый тампон, что также не больно и безопасно.
