– Какие тут, на фиг, полы! Домой дуйте, чтоб пятки сверкали! Полы она не домыла. Кому рассказать – не поверят!
Игорь решительно поднялся с места, взял опешившую Зинаиду Васильевну за рукав, и повёл прямо к дежурному.
В коридоре распрямившиеся на звук их шагов поломойки провожали странную пару удивлёнными взглядами.
Всё чаще стали задувать теплые ветерочки. Сугробы осели и потеряли безупречный белый цвет. У южных стен домов появились проталины и неудержимо расползались вширь день ото дня. Сам воздух, напитавшись влагой, казался осязаемым. Весна была не за горами.
У старшего следователя Климова предаваться фенологическим наблюдениям времени не было. Ему дополнительно передали одно из дел, с которыми не управился в срок следователь Величко. Приходилось вникать в чужие материалы, и кое-что переделывать по-своему.
Он, составляя собственный план расследования, погрузился в чтение протоколов допросов свидетелей и на отдельном листе помечал, что и у кого необходимо спросить для установления полной картины преступления, когда по телефону позвонил Сорокин:
– Привет, Игорь, чем занят? Дело изучаешь? Молодца! Тут из управления позвонили, у них жалоба, адресованная президенту страны, от потерпевшего по делу об убийстве с расчленением, которое ты прекратил. Велено тебе завтра с утра быть у них в отделе процессуального контроля со всеми материалами и объяснением. Понял?
– Понял! – отозвался Игорь, при этом также понимая, что весь намеченный ранее график придётся перекраивать и обзванивать уже вызванных на допросы людей, чтобы зря не приезжали.
– Радости в голосе совсем не слышу, – съязвил Сорокин, – где же твоя убеждённость в собственной правоте? Вот им там и доложишь свои доводы. Посмотрим, что скажут наимудрейшие. Не забудь мне потом позвонить, порадовать.
Дело, о котором шла речь, Игорь пока хранил в своём сейфе, не сдавая в общий архив. Как чувствовал, что скоро дёрнут «на ковёр». Никаких объяснений он писать не собирался, считая это излишним, поскольку все возможные резоны изложил в постановлении о прекращении дела. А вот сопроводительное письмо с точным указанием томов и листов дела в них он заготовил.
Решив, что одним днём предстоящие разборки могут не ограничиться, он позвонил в Москву Марине и предупредил, что завтра к вечеру приедет. Марина обрадовалась такой оказии, что было слышно по голосу, и у Игоря потеплело на сердце.
К девяти утра Игорь уже стоял в следственном управлении у дверей кабинета с номером 113. Цифра «13» ему с детства доверия не внушала, и он всегда ждал от неё подвоха. Но пока дверь была заперта.
В длинном коридоре время от времени появлялись спешащие на работу сотрудники. Игорь пытался наугад определить того, кто его вызвал, но давал промашку, за промашкой.
К двери с нужным номером под стук каблучков уверенно подошла невысокая щуплая девушка с распущенными светлыми волосами. В её руке был ключ с прикреплённой бирочкой. Девушка отрыла дверь и вошла в кабинет, не обращая внимания на Игоря. Он, для приличия, выждал несколько минут за закрытой перед самым его носом дверью, давая девушке время снять пуховик и привести себя в порядок.
Постучав и услышав «да», он вошел в кабинет и назвался.
– А, это не ко мне, – заявила девушка, на которой оказался форменный китель с погонами майора юстиции, – вам надо к моему сокамернику Богопольскому. Он скоро придет. Вы присядьте, подождите.
Игорь так и сделал, сняв куртку и сев на место посетителя у пустующего стола, который, как он догадался, и принадлежал вызвавшему его сотруднику.
Через несколько минут появился и сам хозяин стола, оправдывающимся тоном сообщая о жутких пробках. Это был высокий стройный парень одного возраста с Игорем. После рукопожатия и взаимного представления он предложил называть его Кириллом и, извинившись, привел себя в рабочее состояние, сняв и повесив в шкаф легкую дублёнку и пиджак. Оставшись в белоснежной рубашке с красным галстуком, он уселся за стол и посмотрел на Игоря, который выгружал из сумки два тома уголовного дела.
Игорь, глянув на Кирилла, поинтересовался:
– Мне, может быть, дело нужно в канцелярию сдать?
– Нет, я сам потом зарегистрирую, времени совсем нет, – остановил его Кирилл и улыбнулся, – потерпевший пишет, что преступление ты не раскрыл, убивала и расчленяла его брата целая шайка. А ты, чтобы их отмазать, всё свалил на чокнутую на сексуальной почве даму, которую за взятку и освободил. Как тебе сюжет?
– Как в кино, бред какой-то, – удивился широте фантазии жалобщика Игорь.
–Бред-то, бред. Но жалобёнку спустили из администрации президента, куда и докладывать о результатах её рассмотрения будем, – более серьёзным тоном сообщил Кирилл, – знаешь, Игорь, давай, чтобы мне всё дело не лопатить, ты расскажи, где наиболее проблемные точки, чтобы я сразу вник.
– На мой взгляд, таких точек нет, – пожал плечами Игорь.
– Ну, ладно, не хочешь говорить, твоё дело. А объяснение привёз, которое мы просили? – уточнил Кирилл.
– Объяснения нет. Все в постановлении написано, что я могу ещё объяснить? – сказал Игорь, глядя прямо в глаза Кириллу.
