Женщина обошла машину спереди, и Сергей получше её рассмотрел. Лет тридцати, среднего роста, с каштановыми волосами, в обычной коричневой куртке. По виду мать семейства. Он нагнулся вправо и, щёлкнув замком, галантно распахнул пассажирскую дверь.
Покупкой оказалась большая коробка из белого картона, на широких сторонах которой имелось цветное изображение самого товара – швейной машинки.
Ну, точно: мать семейства, снова подумалось Сергею, который вышел, чтобы помочь в погрузке. Коробка оказалась довольно тяжёлой, но легко поместилась в багажнике.
В дороге молчали, и только перед самым въездом в Сипягино Сергей попросил:
– Вы подсказывайте, как к вашему дому проехать.
– Сейчас прямо, а у церкви поворот направо и до конца улицы, синий дом напротив пруда.
Когда машина остановилась прямо у калитки, женщина протянула Сергею три заранее подготовленных сторублёвки. Он забрал деньги и предложил:
– Давайте, я вам коробку в дом занесу, а то штука увесистая.
– Спасибо, да я сама, неудобно вас гонять.
Сергей, понимая, что сказано это из вежливости, открыл багажник и взялся за самодельную ручку из липкой ленты, обмотанной вокруг коробки:
– Ну, показывайте, куда нести?
– Вот сюда, идите за мной.
Женщина немного опередила его и, поднявшись на крылечко из трех ступенек, отперла навесной замок.
Сергей следом за ней вошел в маленькую низкую прихожую и старательно потоптался на стареньком половичке, очищая подошвы от весенней грязи.
– Да вы проходите в комнату и ставьте коробку на диван, – сказала женщина, – спасибо вам большое, что помогли. Вот купила. Давно собиралась. Шить я умею, а вот машинки своей не было.
– Понятно, – улыбнулся Сергей, и попросил, – а водички у вас можно попросить? Что-то пить захотелось.
– Давайте я вас лучше чаем напою, если не торопитесь.
– Не тороплюсь. Готовых заказов на сегодня нет, а если понадоблюсь, диспетчер позвонит.
– Тогда снимайте куртку и проходите в комнату, – с этими словами она скрылась в кухне, которая отделялась от прихожей занавеской из плотной ткани.
Сергей вернулся в прихожую, повесил куртку на старинную проволочную вешалку, прибитую к бревенчатой стене, и снял ботинки.
– Зачем же вы разулись? – всполошилась хозяйка, выходя из кухни с чашками в руках, – я сейчас вам тапочки найду.
– Я лучше так, – пробормотал Сергей, но тапочки пришлось взять, хотя и оказались они женскими и размера на три меньше. Покрутив их в руках, Сергей аккуратно отложил тапки на полку для обуви и прошел в комнату.
У накрытого жаккардовой скатертью стола стояли два стула, у стены диван, над ним, на стене, ковёр. Между двумя небольшими окнами, выходящими на улицу, приткнулся фикус в кадке. Вот и вся обстановка.
Сергей присел на диван рядом с коробкой и, оглядевшись, вдруг понял, что всё здесь напоминает его родной материнский дом. Те же оклеенные желтыми обоями стены, та же лампа с красным шёлковым абажуром под потолком и даже двойные рамы окон с положенной ещё на зиму между ними ватой. И точно как у матери, в эту вату поставлена гранёная рюмка, доверху наполненная серой солью. У них в деревне тоже считалось, что соль поглощает влагу, и это помогает от изморози на стёклах. Но помогал этот дедовский способ не очень. В сильные морозы окна всё равно покрывались ледяным узором, и Сергей любил подолгу разглядывать сотворённые природой картинки, похожие на переплетённые еловые лапки.
Женщина продолжала хлопотать, собирая на стол.
– Может быть, я чем-нибудь помогу? – спросил Сергей, почувствовав некоторую неловкость от своего безделья.
– Сидите, отдыхайте, я сама управлюсь, – отозвалась она и вдруг сказала, – меня Татьяна зовут.
– Меня – Сергей, – представился он.
– Будем знакомы, Сергей. Время обеденное, а вы, наверное, голодный?
– Ну не так, чтобы очень.
– Обед у меня готов, я только разогрею. Вы уж посидите ещё
Сергей и впрямь после этого разговора почувствовал голод, да такой, что рот наполнился слюной.
Татьяна проворно, как умеют хозяйки, выставила на стол миску квашеной капусты с мелко нарезанным репчатым луком и сдобренную подсолнечным маслом, две глубоких тарелки с лапшой на курином бульоне и нарезанный тонкими ломтями хлеб.
– Садитесь к столу, – пригласила Татьяна, – у меня с праздников осталась бутылка водки, но вы, небось, за рулём.
– И за рулём, и вообще я спиртного не пью, так что не беспокойтесь.
– Тогда приятного аппетита, а то лапша остынет…
– И вам.
Ели молча. Сергей старался не звякать ложкой и, неся её ко рту, подстраховывал снизу кусочком хлеба, чтобы не капнуть на скатерть.
Когда первое подошло к концу, Татьяна спросила:
– Вам сколько котлет к картошке положить?
– А котлеты из чего?
– Из мяса.
– Я понимаю, – улыбнулся Сергей, – а мясо какое?
– Свинина с говядиной, а что?
– Да нет, ничего, но мне тогда лучше одной картошки положите, хорошо?
– Конечно. Как хотите. Картошка у меня со своего огорода, не покупная.
Жареная картошка действительно Татьяне удалась, и Сергей с удовольствием её ел, прихватывая вилкой и квашеную капусту, которая в таком сочетании пришлась очень кстати.
