Из стоявшего неподалёку микроавтобуса-криминалистической лаборатории его окликнули. Игорь забрался внутрь и увидел набившихся туда, как сельди в бочку, своих коллег. От курток и сапог пахло гарью пожарища, многие вдобавок дымили сигаретами. В замкнутом пространстве было не продохнуть, что называется – хоть топор вешай. Глаза у Игоря даже заслезились и он не сразу рассмотрел сидевшего возле откидного столика Кулагина. Тот, улыбаясь, протянул ему пластиковую чашку с горячим чаем:
– Смотри не обожгись, сейчас ребята бутерброд тебе слепят.
Игорь двумя пальцам осторожно принял на верхний край мягкостенную посудину и втиснулся между сидящими на самый краешек сиденья, дожидаясь обещанного бутерброда. Есть хотелось неимоверно, и неровно отрезанный ломоть белого хлеба с толстым куском варёной колбасы показался райским угощением.
Глаза его привыкли к полумраку, и он заметил, что в задних рядах из рук в руки переплывает водочная бутылка. Ребята, как могли, снимали дневной стресс. Ему предстояло сесть за руль, и спиртного Игорю не предлагали.
Кулагин, дождавшийся, когда Игорь утолит первый голод, поинтересовался:
– Доложи, как успехи?
– Отработали честно, но ничего криминального не нашли. Пряжка от ремня, какие-то пассатижи обгорелые, кастрюли эмалированные, ну, и куча гнутых гвоздей – вот и весь улов за день. Гильз не нашли. Пули, если были свинцовые, как во всех наших случаях, могли запросто расплавиться. А у вас, Андрей Иванович, что-то прояснилось?
– Конкретного, признаться, мало, – устало ответил Кулагин, – до пожара незадолго видели какую-то иномарку. Одни говорят светлая, другие тёмная, но, скорее всего, тёмно-серая: обычный легковой седан. Здесь работают в основном таджики, по-русски почти не понимают и разговаривают плохо, так я и не добился подробностей. Машину видели издали, там, наверное, около двухсот метров, что тут можно рассмотреть? Хотя все в один голос утверждают, что пассажиров в ней сидело несколько, по крайней мере, больше, чем двое. Вот и вся информация. Никаких камер видеонаблюдения поблизости нет. Прочёсывание территории тоже ничего не дало. В общем, пора сворачиваться и ехать на базу.
По жёсткому правилу всех следственных выездов: кто с кем пришёл, тот с тем и уходит, чтобы никто не потерялся, спутником Игоря снова оказался Никулин. Коля, намотавшись за день, подвыпил, вдоволь накурился и теперь был склонен мирно отоспаться в дороге. Игорь и сам бы подремал, но подвести итоги дня ему хотелось.
– Вот ты скажи: если этот случай – через применённое оружие – тоже связан с убийствами на дорогах, то, что между ними общего? – старательно объезжая колдобины допытывался Игорь.
Засыпающий Никулин, которому тряска машины мешала полностью расслабиться и отключиться, вяло пробормотал:
– Нету общего. На дорогах нападали на машины, прокалывая колёса. Всегда в темноте. Здесь всех грохнули днём, и «Жигули» погибших целы остались. Я специально все баллоны проверил, когда осматривал. На дорогах все убитые – славяне, здесь все таджики и даже, вроде, родственники. Может это месть за что-то? Чего-то не поделили?
Игорь уже выехал на ровную дорогу, машина пошла плавно, и последнюю фразу Никулин выдавил из себя, окончательно засыпая.
Подъезжая к кольцевой автодороге Игорь, которому торопиться было некуда, потряс Никулина за плечо, чтобы разбудить и предложил:
– Коля, давай я тебя до квартиры довезу.
– Давай, вези, добрый человек, – обрадовался пробудившийся Никулин, только по пути в магазин завернём, пельмешек на ужин купим и пивка, а?
– Хорошо, адрес свой говори, а то я этот район плоховато знаю.
– Послушай, Игорь, ты оставайся у нас. Моего соседа, по-любому, посылают в командировку на Кавказ, а это месяца на два. Ты его долю за аренду комнаты возместишь, вот и всё. А пока он не уехал, на раскладушке перекантуешься. Всяко лучше, чем в кабинете. Соглашайся! И мне веселее будет.
– Ладно, там видно будет, – усмехнулся такому повороту своей судьбы Игорь, – а вообще, спасибо, что позвал. А то у меня в Москве и родительский дом, и девушка любимая с квартирой, и кабинет в Следкоме, а голову преклонить негде, прямо как бомж.
Шутка вышла невесёлой, и дальше эту тему не развивали ни Игорь, ни Никулин, понимавший, что другу сейчас непросто.
Утреннее совещание у следователя по особо важным делам Кулагина перенесли на неопределённое время. Всем велено было сидеть по местам и ждать особой команды. Оказывается, полицейское начальство решило обсудить со следственной группой новую оперативную информацию.
Пока гости добирались до здания следственного комитета, Кулагин, не теряя времени, начал анализировать, что из запланированного ещё не выполнено. Обнаруживая недочёты, он одного за другим выдергивал к себе в кабинет следователей и ставил перед ними срочные задачи, которые формулировал прямо на ходу.
К приезду высоких гостей на совещание, из следственной группы, что называется, под рукой, остался один Игорь. Так, вдвоём с Кулагиным они и выслушали прибывших.
