– Банда нападает ради самих нападений. Как будто хотят ужас посеять на подмосковных дорогах. И знаете, Андрей Иванович, если сейчас в СМИ пойдёт широкий резонанс, то это как раз то, чего они и добиваются.
– Молодец, в точку. Я и сам об этом всё время думаю. Но есть два «но».
Первое – «Лексус» с трассы «Дон» они всё-таки угнали и сожгли машину только потом. Почему? Мы пока не знаем. И второе «но» – если их цель посеять панику, то они могли бы, например, какой-то пугающий символический знак оставлять. Ну, там, трупы уродовать, машины поджигать, или какой-то заметный предмет оставлять на месте убийства, знай, мол, наших. Но они этого не делают, во всяком случае, не делали пока.
– Не согласен я с вашими «но», Андрей Иванович, – упёрся Игорь, – смотрите сами: мы точно не знаем, что «Лексус» это их рук дело. Нет пока объективных подтверждений. Труп водителя пока не найден, и как он погиб, мы не знаем. Знак оставлять – это лишние минуты тратить попусту, а поджигать после убийства ночью на трассе автомобиль, это значит, сразу к себе внимание привлечь. Тут другие два главных «но» всплывают. Первое: как они ухитряются на ходу колёса машины продырявить, и, второе, как незаметно место нападения покидают? Поверишь тут в шапку-невидимку…
– А что, если их машина доверие вызывает? – подал голос Никулин, до этого напряжённо вслушивавшийся в разговор, – например, «скорая помощь», пожарные или полиция?
– Интересно рассуждаешь, – согласился Кулагин, – знаешь, Игорь, придётся снова перелопатить все протоколы, а, может, перспективных свидетелей и передопросить, чтобы выяснить со всей достоверностью, не было ли на трассе в интересующее следствие время спецмашин.
– У меня почему-то такое ощущение, что мы сейчас подошли к самой развязке, но какой-то шаг в рассуждениях сделали неверный, и картинка не проявилась, – признался Игорь.
– Так бывает, дружище, старайся думать о чём-то постороннем, – сочувственно сказал Никулин, – потом нужная мысль сама-собой всплывёт. Просто это такое свойство мозга, нам на лекциях объясняли…
Научные рассуждения Никулина прервал телефонный звонок. Кулагин, сняв трубку, молча выслушал звонившего и, глядя в пространство, произнёс:
– Собирайтесь, мужики, у нас новый труп. Только что обнаружили внедорожник на трассе «Балтия». Опять огнестрел…
В доме Татьяны Сергей Юсупов неожиданно для себя обрёл тихую пристань. Неудобства сельского подворья его, деревенского парня, нисколько не смущали. Наоборот, он как бы окунулся в детство. Так и казалось, вот-вот из окошка выглянет мать и позовёт его с улицы домой.
На самом деле, ежедневная забота топить дровами печь и ходить к колодцу за водой, с малых лет лежали на нём. Он воспринимал это естественно и нисколько этим не тяготился. Тем более, что Татьяна оказалась домовитой хозяйкой, и запаса уже наколотых поленьев в её дровянике хватило бы ещё зимы на три. Водоразборная колонка стояла метрах в двадцати от калитки, и наполнить водой двадцатипятилитровую молочную флягу, а потом отвезти её к входу в старой детской коляске, было пятиминутным делом.
Первым домашним подвигом у Сергея как раз и оказалось техническое обслуживание этой самой коляски, которая за долгие годы перекатала в своей люльке полдеревни, а теперь доживала свой век, снабжая Татьянино хозяйство водой. Колёсики уже плохо крутились на ржавых её осях и при движении издавали какой-то прямо поросячий визг. Сергей подошёл к этой несложной работе обстоятельно. Аккуратно высвободил пассатижами шплинты из просверленных в осях отверстий и снял сначала ограничительные шайбы, а потом и сами колеса. Он трудился под навесом у сарая, где имелся небольшой верстак, и краем глаза примечал, что Татьяна, копавшаяся на огородных грядках, уважительно посматривает в его сторону. В доме появился мужик, который постепенно брал на себя дела, до которых женские руки раньше не доходили. Сергей это прекрасно понимал и ковырялся в железках с солидной неторопливостью, что в его представлении и должно отличать настоящего мастера. Тщательно прочистив оси от ржавчины наждачной бумагой, он, не скупясь, смазал трущиеся части специально припасённым солидолом и, крутнув рукой колесо, с удовлетворением убедился в бесшумности хода. Старенькое днище коляски он придумал укрепить обычным листом фанеры, что, конечно, с точки зрения промышленного дизайна выглядело несколько кустарно, но зато могло продлить жизнь транспортного средства ещё лет на пять.
– Ну, вот, – доложил он Татьяне, – коляска готова, хоть опять ребятишек в ней катай.
– Ты скажешь, ребятишек, – улыбнулась Татьяна, – теперь знаешь, какие кареты для них делают? Как для принцев и принцесс! А эта рухлядь пусть уж воду возит.
Сергей рассмеялся и подтолкнул коляску к крыльцу, где она обычно и стояла.
