– Не нравится он мне, – заявил Дэниел. – Подозрительный тип.
– Господи, Дэн, да он обычный парень, – отозвался Ник. – И, кстати, умнее, чем кажется.
– Ага. Конан-Мудрец. – Дэниел шагнул к двери. – Пойду-ка узна…
Яростный шум огласил кухню. Дэниел замер и снова выглянул в окно. Опять раздался тот же шум, звонкий, лихорадочный…
Собачий лай.
– Фэнси! – вскричала Джуда, отталкивая Дэниела в сторону и выбегая на крышу. – Фэнси!
Дэниел кинулся за ней.
– Фэнси!
На низком парапете со стороны Инвернесс-стрит стоял бордер-колли. Каждый волосок на его теле вздыбился, и оттого пес показался Дэниелу вдвое больше, чем вчера. Морда его была направлена вниз, он изготовился к прыжку: передние лапы царапали край кирпичного карниза.
Залп исступленного собачьего лая утих и сменился тихим, встревоженным скулежом. Дэниел растерянно озирался по сторонам. Ни Ларкин, ни Вэла Комстока на крыше не было.
– Фэнси… сюда, мальчик!
Ник бросился к парапету, Джуда за ним. Пес обернулся; его потусторонние разноцветные глаза сияли. В следующий миг он вновь припал к карнизу и спрыгнул.
Пронзительный вопль Джуды перекрыл автомобильный гул. Дэниел подлетел к парапету и посмотрел вниз. Черно-белый колли петлял в толпе, яростно облаивая испуганно расступающихся прохожих.
– Фэнси! – крикнула Джуда, перегнувшись через парапет. – Фэнси, стой!
На углу Инвернесс и Хай-стрит стоял, держа высокий руль черного, сверкающего хромом мотоцикла, широкоплечий здоровяк. Женщина с длинными рыжими волосами легко взобралась на сиденье позади него; Фэнси прыгал, лаял и щелкал пастью у ее ног.
– Ларкин! – Дэниел полез на парапет. – Ларкин, не надо!
– Ты совсем рехнулся? – заорал Ник, сдергивая его обратно. – Дэнни, опомнись!
– Господи, поверить не могу! – кричал Дэниел; чувство было такое, что ему в грудь вогнали нож.
С улицы долетел оглушительный рев. От мотоцикла повалили клубы дыма. Подростки завизжали и разразились восторженной бранью, когда байк рванул вперед, влился в автомобильный поток на Хай-стрит и помчал на север. Следом, метя брюхом землю, летел бордер-колли. На крыше Дэниел, Ник и Джуда потрясенно глядели вниз, словно на их глазах произошло крушение поезда.
– Он все же сумел, – прошептала Джуда. – Спустя столько времени… Ему наконец удалось.
– Надо идти за собакой, – сказал Ник. – Это «винсент» – его байк… «Черная тень». Я помню, как он его купил.
– «Черная тень»?! – переспросил Дэниел, вскинув кулаки. –
Джуда схватила его за руки.
– Дэниел, хватит! Ник прав. Надо догнать пса. Он приведет нас к ней. К ним.
– Я с вами, – сказал Дэниел.
Джуда хотела возразить, но не посмела.
– Я тоже иду, – вставил Ник.
Она бросилась в кухню. Ник быстро запер дверь. Джуда уже сбегала по лестнице. Дэниел ринулся было за ней, потом замер и окинул взглядом гостиную с опустевшими полками и изувеченными книгами на полу.
– Сукин сын, – пробормотал он, вбегая в гостевую спальню.
Его книги были сдвинуты; с потрепанного томика «Любви и западного мира» сняли резинку, и страницы валялись на столе. Дэниел кинулся к кровати и перерыл все простыни и одеяла в поисках альбома, который он ночью спрятал под подушку.
– Черт… Он пропал!
– Дэниел! – донесся снизу встревоженный голос Ника. – Идем!
Он пинком отшвырнул подушку, схватил свой рюкзак, кожаную куртку и побежал вниз.
– Джуда ушла за машиной, – пояснил Ник, когда Дэниел нагнал его на Инвернесс-стрит. – Ну и бред, а? Пес спрыгнул с крыши и хоть бы хны!
– Бредово другое: как он вообще попал на крышу? Ты об этом подумал, Хейворд? Как собака забралась на крышу?! Взлетела, что ли? А этот Комсток… У него брат – барыга, а ты даешь ему ключи от квартиры? Ты в своем уме?
Ник пожал плечами, поглубже зарываясь в свой анорак.
– Он у тебя что-то украл?
– Пропал один мой альбом. Не говоря уже о том, что все твои книги уничтожены.
– Раньше с ним никаких проблем не было, – жалобно сказал Ник. – Брат упек его в больницу на время, но он вообще-то не буйный.
– В больницу? Это еще как понимать? Что за больница?
– Слушай, я не очень хорошо с ними знаком, Дэнни. У паренька в юности были проблемы с психикой. Он избил Саймона – старшего брата… Доской, что ли, отхерачил. Нормально уделал, словом. Пришлось упечь буяна в соответствующее учреждение. Но знаешь, Саймон и меня пару раз доводил до ручки…
– Ник! В какое учреждение?
Ник пожал плечами.
– В психиатрическую клинику, ясное дело.
– В психушку?! Ты впустил душевнобольного в квартиру, где живу
– Господи, Дэн, это было сто лет назад!
– Да? Что ж, теперь он укатил отсюда с Ларкин, и произошло это прямо
На углу Инвернесс и Глостер-стрит рядом остановился и посигналил черный «мерседес». Из окна высунулась Джуда.
– Ник! Дэниел! Живо!
Ник запрыгнул на заднее сиденье, Дэниел сел рядом с Джудой. Салон был отделан кожей и орехом; пахло сигаретами «Житан» и кофе.
– Милая машинка, – сказал Ник. – У тебя GPS на собаку, что ли, настроен?
