- Ну да, книга его выручила. Он ее с собой взял. Через год, когда я ходил в Австралию, один негр рассказал мне, что Петрус Юханнес Миккельсон нашел в Клондайке золотой самородок с кулак. А все из-за той деревянной книги, уверял негр. Он с ней никогда не расставался, потому что деревянные книги приносят счастье. Негр говорил, что он ее клал под голову, когда спал. Этот негр все знал про Миккельсона, потому что был у него поваром в Клондайке и спал рядом с ним на нарах. Знал даже, что он говорил во сне по ночам.
Миккель боялся пошевельнуться: вдруг он проснется и окажется, что все это сон.
- И... о чем же он говорил во сне? - прошептал Миккель.
Пат закурил новую сигару и сообщил, что Миккельсон говорил разное, но больше всего сокрушался о том, что бросил своих. Целые ночи напролет ворочался, покоя себе не находил. И все твердил: "Бездельник ты был и мазурик, Миккельсон. Ничего, вернешься домой, все иначе пойдет".
- Почему же он домой не поехал? - спросила Туа-Туа.
Пат закрыл глаза - казалось, он перенесся куда-то далекодалеко. Потом протер глаза рукавом и пробурчал, что всегда-то они у него слезятся от сигарного дыма.
- Почему ж он домой не поехал? - повторил Миккель.
- Почему не поехал, говоришь? - Пат вздохнул, - Понимаешь, тот негр говорил, что Миккельсон хотел сначала побольше золота намыть, чтобы было на что дом построить на Бранте Клеве, когда вернется. За тем и дело стало. Негр уверял, что Миккельсон уже совсем было ехать собрался, когда получил весть, что жена чахоткой заболела и умерла. От горя он чуть ума не решился. Больше негр ничего сказать не мог, потому что нанялся на пароход. Там я и встретился с ним. Правда, негр рассказывал еще, что в последнюю ночь Миккельсон хуже прежнего во сне говорил. Лежит головой на деревянной книге и все какое-то имя бормочет.
- Какое имя? - спросила Туа-Туа.
- Да он не совсем разобрал, негр-то. Что-то вроде "никель", не то "никель".
- А... а может, Миккель? - чуть слышно произнес Миккель.
- Как же я не догадался раньше! - воскликнул Пат. - Ну конечно, Миккель! С тех пор негр ничего о нем не слышал. Но только, если я верно знаю зовутку, то скоро Петрус Юханнес Миккельсон будет здесь.
Пат потряс зовутку и поднес к уху.
- Нет, - сказал он вскоре, - видно, устала - ничего больше не говорит.
Он убрал зовутку в карман и пристально посмотрел на Миккеля.
- Бил, - заговорил он, - пока я не запамятовал - какую это ты книгу спрятал в стене?
Мгновение спустя Миккель уже стоял на коленях у оторванной доски. Еще мгновение - и он достал судовой журнал брига "Три лилии". Пат точно онемел, до того он был удивлен. Но удивление прошло очень быстро.
- Гляди-ка, он самый! - ахнул Пат. - В точности такой, каким я его видел, когда мы выплыли на берег у Дарнерарта... Дай-ка его сюда, Бил!
Миккель положил книгу на колени Пата. Тот стал листать ее. С каждой страницей он восклицал: "Надо же!.. Во-во, точно!.. Не может быть!.." Потом перевернул книгу и посмотрел на заднюю корку с зарубкой и потайным отделением. Он ловко отодвинул крышку, будто делал это тысячу раз.
- Пусто! - сказал Пат.
Он положил книгу и скосился на Миккеля. Потом на Туа-Туа. Опять на Миккеля. Потом вздохнул, достал зовутку и потряс ее. Постучал по книге.
- Да... вот она - та самая, которую Петрус Юханнес Миккельсон клал ночью под голову в Клондайке. Это она ему счастье принесла. Но как она попала сюда?!
- Спросите зовутку, - предложила Туа-Туа.
- Я уже дул в нее, - ответил Пат. - Не помогает. Как устанет, от нее ничего не добьешься. А ведь я хотел спросить ее еще кое о чем... - Он снова постучал по крышке. - Что бы это такое мог здесь прятать Петрус Юханнес Миккельсон?
- Правда, что? - подхватил Миккель.
- А где вы нашли книгу? - спросил Пат.
- Там, за доской, несколько дней назад, - объяснил Миккель. - Увидели веревку. Я потянул за нее и вытащил.
Пат задумчиво кивнул. Потом он подвинул к себе Миккеля и Туа-Туа и зашептал им на ухо:
- Вы никому не говорите. Но только, думается мне, что здесь лежало клондайкское золото этого Миккельсона. И вот пропало!
- Когда мы нашли книгу, там уже ничего не было, - дружно заверили Миккель и Туа-Туа.
Пат откусил кончик сигары, вздохнул и сказал, что верит им. А жаль - особенно Петруса Юханнеса. Выходит, не видать ему собственного дома. Скорее всего, придется опять на корабль наниматься, начинать все сначала. Правда, в Клондайке золото на исходе. Такой самородок раз в сто лет можно найти.
Пат прикурил от свечи, поперхнулся дымом и закашлялся.
- Ты что это? - с трудом выговорил он. - Что с тобой, Бил?
- Если он уедет, то и я с ним! - закричал Миккель сквозь слезы. - На край света, и никакого золота не надо!
Пат никак не мог справиться с сигарой. Весь дым почему-то шел прямо ему в глаза. Он непрерывно тер их.
- Ну что ты, Миккель! - тихо заговорил он. - Будем держаться вместе, дружно, глядишь, и отыщем пропажу. Ну, не плачь. Слышишь, Миккель? Завтра же начнем искать.
Глава шестнадцатая
ПЛОТНИК НАХОДИТ ПИСЬМО И
ВОЗВРАЩАЕТСЯ ДОМОЙ НА ЧЕТВЕРЕНЬКАХ
