Бенжаминъ доставленъ былъ изъ Вѣны и сидѣлъ на скамьѣ подсудимыхъ. Возлѣ него помѣщался Смайлеръ, по физіономіи котораго не трудно было заключить, что онъ не разъ уже въ своей жизни имѣлъ дѣло съ полиціей и судомъ. Въ послѣдніе 15 лѣтъ, изъ 180 мѣсяцевъ 100 онъ провелъ въ тюрьмѣ и противъ него было произнесено 23 судебныхъ приговора. Смайлеръ не сомнѣвался, что дѣло кончится для него плохо, и казался совершенно хладнокровнымъ. Только когда его пріятель, Билли Канъ, франтовски разодѣтый, былъ введенъ, чтобы дать показаніе противъ него, Смайлеръ бросилъ на него страшный взглядъ, въ которомъ ясно выражалась угроза безпощадной мести. Однакожъ на м-ра Кана, этотъ взглядъ нисколько не подѣйствовалъ, и онъ съ улыбкой кивнулъ головой своему товарищу.
Чтеніе обвинительнаго акта длилось очень долго. По окончаніи его, вызвали свидѣтельницу, леди Эстасъ. М-ръ Грейстокъ ввелъ ее въ камеру и судья попросилъ ее поднять вуаль.
На первые вопросы ей отвѣчать было легко, но когда ее спросили: находилось-ли ожерелье въ сундукѣ, въ то время, какъ была произведена кража въ Карлейлѣ, она смутилась, но отвѣтила, какъ было дѣло.
-- Какъ-же это, леди Эстасъ, вы дали тогда ложное показаніе?
-- Я была такъ перепугана, что рѣшительно не сознавала, что говорю, отвѣчала Лиззи и зарыдала, съ умоляющимъ видомъ посмотрѣвъ на судью.
Судья почувствовалъ въ ней сочувствіе, публика также: ясно, что она невиновна въ своемъ поступкѣ, что она совершила его по невѣденію, подъ вліяніемъ испуга.
Но тутъ поднялся защитникъ Бенжамина и подвергъ ее безжалостному допросу. Онъ говорилъ мягкимъ, добродушнымъ тономъ, но въ его вопросахъ слышалась ѣдкая иронія. Онъ довелъ Лиззи почти до обморока. Судья не разъ замѣчалъ ему, что леди Эстасъ созналась уже въ томъ, что дала ложное показаніе подъ присягой, онъ не унимался и продолжалъ донимать ее. Онъ дошелъ до того, что спросилъ ее, не. выходитъ-ли она замужъ за лорда Карутерса. Когда она отвѣтила, что нѣтъ, не выходитъ,-- онъ спросилъ: не состоится-ли этотъ бракъ въ будущемъ? Тогда вступился Грейстокъ и просилъ судью оградить леди Эстасъ отъ такихъ безполезныхъ, и, въ сущности, пошлыхъ вопросовъ. Между Грейстокомъ и адвокатомъ произошелъ крупный споръ, но допросъ Лиззи былъ оконченъ.
Ее снова отвели въ отдѣльную комнату и она не слышала показаній, которыя давали Билли Канъ и миссъ Крабстикъ.
Бенжаминъ и Смайлеръ признаны виновными и преданы суду; дѣло ихъ поступило въ центральный уголовный судъ; съ леди Эстасъ взята подписка явиться въ судъ и снова дать тамъ показаніе.
-----
Обратимся теперь къ лорду Фауну, которому Лиззи желала отомстить, заставивъ его снова пасть къ ея ногамъ.
Надо признаться, почтенный помощникъ статсъ-секретаря и безъ того былъ сильно наказанъ. На лицахъ своей матери и сестеръ онъ постоянно читалъ сожалѣніе о томъ, что онъ былъ настолько слабъ, что позволилъ себѣ увлечься такой дрянной женщиной, какъ леди Эстасъ. Къ довершенію непріятнаго положенія его сіятельства, сестра его, м-съ Гитауэй, разглашавшая вездѣ, что его нарѣченная цѣлуется съ своимъ кузеномъ, устроила свиданіе своего брата съ м-ромъ Гаурономъ, который, съ грубой откровенностью, весьма рельефно изобразилъ сцену на скалахъ въ Портрэ.
Безжалостная судьба не удовольствовалась этимъ и поразила новымъ ударомъ лорда Фауна. По возвращеніи Лиззи изъ Шотландіи, разнесся слухъ объ ея близкихъ отношеніяхъ къ лорду Джоржу. Лордъ Фаунъ воспылалъ гнѣвомъ, но, по своей всегдашней нерѣшительности характера, не могъ остановиться ни на одномъ планѣ разрыва своего съ коварною женщиною.
Тутъ случилось второе воровство у леди Эстасъ и общественное мнѣніе фешенебельнаго круга быстро обратилось на ея сторону. Сама леди Паллизеръ сдѣлала визитъ Лиззи, самъ герцогъ Омніумъ сталъ интересоваться его. Леди Паллизеръ пришла въ голову блистательная мысль примирить лорда Фауна съ его невѣстой. Она горячо взялась за дѣло и добилась того, что лордъ Фаунъ посѣтилъ Лиззи. Помощникъ статсъ-секретаря явился къ ней растерянный, взолнованный; она встрѣтила его надменно, говорила съ нимъ рѣзко и такъ рѣшительно нападала на него, что лордъ Фаунъ окончательно струсилъ. Лиззи настоятельно требовала отъ него, чтобы онъ сдержалъ свое слово, т. е. женился на ней. Потерянный, опутанный, лордъ Фаунъ прибѣгъ въ послѣднему средству, отъ котораго могъ ожидать благопріятнаго результата: онъ заявилъ довольно рѣшительно, что изложитъ свои намѣренія письменно. Лиззи, наслаждавшаяся своимъ торжествомъ, согласилась на это.
Почтенный лордъ задалъ себѣ чрезвычайно трудную работу, но, такъ или иначе, нужно было сдержать слово. Послѣ многихъ усилій лордъ Фаунъ вымучилъ наконецъ изъ своей головы длинное письмо, въ которомъ онъ разсмотрѣлъ вопросъ со всѣхъ сторонъ и сдѣлалъ выводъ, что ихъ бракъ теперь едва-ли удобенъ, что онъ невыгоденъ для обѣихъ сторонъ, но въ заключеніе прибавилъ, что не намѣренъ отказываться отъ своего слова и, если леди Эстасъ пожелаетъ, онъ готовъ вступить съ нею въ бракъ.
