Когда такой человѣкъ, какъ Барингтонъ Ирль, берется доставлять свѣдѣнія такому кореспонденту, какъ лэди Гленкора, и по поводу такого дѣла, каково дѣло о брилліантахъ лэди Юстэсъ, тогда на немъ лежитъ обязанность придерживаться не столько точности, сколько полноты свѣдѣній. Можно даже сказать, что совершенная точность служила бы скорѣе въ ущербъ такого дѣла, чѣмъ въ пользу, потому что точность разсѣяла бы чувство таинственности, столь благопріятной въ подобныхъ случаяхъ. По правдѣ сказать, лорду Джорджу де-Брюсъ Карутерсу не было сдѣлано ни малѣйшаго внушенія относительно обыскамвъ сундукахъ и ящикахъ его сіятельства. Однако знаменитнѣйшій сыщикъ мистеръ Бёнфитъ не одинъ разъ посѣщалъ лорда Джорджа, хотя лордъ Джорджъ довольно ясно показывалъ, что это ему совсѣмъ не нравится.
-- Еслибъ вамъ угодно было объяснить мнѣ, чего вы желаете, то много обязали бы меня тѣмъ, сказалъ ему лордъ Джорджъ.
-- Слушаю, милордъ; мы желаемъ этихъ брилліантовъ.
-- Развѣ вы увѣрены, что они находятся у меня?
-- Милордъ, люди въ моемъ положеніи никогда ни въ чемъ не бываютъ увѣрены. Мы можемъ подозрѣвать, но никакъ не можемъ быть увѣренными.
-- Такъ вы подозрѣваете, что я укралъ ихъ?
-- Нѣтъ, милордъ, я этого не говорилъ; но согласитесь сами, что это очень странное дѣло, не правда ли?
Непосредственная цѣль посѣщенія мистера Бёнфита въ это утро состояла въ томъ, чтобъ удостовѣриться отъ самого лорда Джорджа, правда ли, что его сіятельство изволилъ быть у господъ Гартера и Бенджамина на другой же день по пріѣздѣ въ городъ. Никто изъ полицейскихъ чиновниковъ до-сихъ-поръ не видалъ, чтобъ Бартеръ или Бенджаминъ имѣли какое-нибудь соотношеніе къ покражѣ. Но безъ преувеличенья можно сказать, что аргусовы глаза майора Макинтоша не выпускали изъ вида всего учрежденія господъ Гартера и Бенджамина, и вообще было вѣроятіе, что если брилліанты въ Лондонѣ, то непремѣнно находятся подъ замкомъ въ какомъ-нибудь тайникѣ этого дома. Но майоръ Макинтошъ и его помощники считали еще болѣе правоподобнымъ, что брилліанты находятся уже въ Гамбургѣ, и за это время, какъ объяснялъ майоръ мистеру Кэмпердауну, можно каждый брилліантѣ обдѣлать въ новую оправу или даже совсѣмъ перегранить. Но когда стало извѣстно, что лордъ Джорджъ побывалъ въ домѣ господъ Гартера и Бенджамина рано утромъ сейчасъ по возвращеніи въ городъ, тогда смѣтливый мистеръ Бёнфитъ, но причинѣ своего положенія ни въ чемъ не увѣренный, а только все подозрѣвавшій, выразилъ свое мнѣніе майору Макинтошу, что ожерелье навѣрно было передано въ то же утро евреямъ.
Лондонская полиція была вполнѣ увѣрена, что не было дѣла "такого рискованнаго и нечистаго", за которое не рѣшились бы приняться господа Бартеръ и Бенджаминъ. Нельзя ли будетъ поразспросить лорда Джорджа, что онъ скажетъ на счетъ этого посѣщенія? Въ случаѣ, еслибъ лордъ Джорджъ отказался отъ него, это отреченіе послужило бы только доказательствомъ вѣрности мнѣнія мистера Бёнфита. Вопросъ былъ сдѣланъ, и лордъ Джорджъ не отказался отъ визита.
-- Къ несчастью, они имѣютъ векселя на меня, сказалъ лордъ Джорджъ: -- и я часто бываю у нихъ.
-- Намъ извѣстно, что они имѣютъ векселя на имя вашего сіятельства, сказалъ мистеръ Бёнфитъ, и поблагодарилъ лорда Джорджа за его учтивость.
Можно понять, что все это было крайне непріятно лорду Джорджу и приводило его въ негодованіе до бѣшенства.
