-- Это несправедливо.
-- Такъ не потому ли вы желаете оставаться здѣсь, что это можетъ произойти? Извините, Лиззи, что я вынужденъ дѣлать вамъ нескромные вопросы, но иначе я не могу совѣтовать вамъ.
-- Разумѣется, ваши вопросы очень нескромны.
-- Я немедленно прекращу ихъ, если вамъ это непріятно.
-- Фрэнкъ! вы поступаете со мною вѣроломно.
Произнося эти слова, она привстала съ постели и сѣла, устремивъ на него глаза и вытянувъ свои тонкія руки по одѣялу.
-- Вы знаете, Фрэнкъ, что я не могу желать помолвки ни съ нимъ и ни съ кѣмъ другимъ. Вы лучше знаете, чѣмъ даже я сама, въ какомъ состояніи находится мое сердце. Во всякомъ случаѣ, въ отношеніи васъ, у меня нѣтъ ни малѣйшаго лицемѣрія. Все было вамъ высказано -- не буду говорить, какъ это дорого мнѣ стоило. Честной женщинѣ, я боюсь, приходится еще хуже, чѣмъ честному человѣку, о которомъ вы только что толковали. По вашему мнѣнію, если не ошибаюсь, честнаго человѣка, хотя бы и при концѣ жизни, а все-же оцѣнятъ, но честная женщина до самаго смертнаго часа должна нести наказаніе за свою честность. Въ женщинѣ свѣтъ никогда не прощаетъ ее.
Онъ молча сидѣлъ все время, пока она говорила, но почти безсознательно протянулъ лѣвую руку и взялъ ея правую руку. Нѣсколько секундъ она допускала это положеніе и лежала смирно, пока ихъ руки были крѣпко сжаты, но вдругъ она съ содроганіемъ выдернула свою руку и какъ бы съ ужасомъ оттолкнулась отъ его прикосновенія.
-- Какъ вы смѣете жать мнѣ руку, когда знаете, что такое пожатіе есть коварство и проклятіе съ вашей стороны?
-- Ну ужъ и проклятіе, Лиззи!
-- Да, проклятіе. Говорю прямо; не подбирать же мнѣ словъ для васъ. Подобное пожатіе, происходя отъ васъ, что оно означаетъ?
-- Любовь.
-- Да -- но какого рода любовь? У васъ достаетъ духа подобными залогами питать мою любовь, тогда какъ вы сами знаете, что не намѣрены платить мнѣ взаимностью! О, Фрэнкъ! отдайте мнѣ сердце мое назадъ! Забыли ли вы, что обѣщали мнѣ, когда мы сидѣли съ вами на скалахъ Портрэ?
Невыразимо трудно для мужчины отказываться отъ предложенія женской любви. Пожалуй скажутъ, что отказъ въ подобномъ случаѣ со стороны мужчины вполнѣ естественъ; что сердце, такимъ образомъ предлагаемое, лишается своей цѣны; что женщина, способная такъ поступать, сама себя лишаетъ привилегій, принадлежащихъ ей какъ женщинѣ; что суровое порицаніе и даже нескрытое презрѣніе оправдываются такими поступками, -- и что самая ослѣпительная красота, самое волшебное очарованіе женственности совершенно теряютъ свою прелесть, когда открыто предлагаются, какъ на рынкѣ. Нѣтъ сомнѣнья, что такова наша теорія въ любви и сватовствѣ. Но на дѣлѣ, даже и тогда, какъ самая ясная теорія руководитъ нами, столько зависитъ отъ случайныхъ обстоятельствъ и условныхъ результатовъ, что всякая теорія часто распадается въ пухъ и прахъ. Не могъ же Фрэнкъ презирать эту женщину, не могъ онъ и суровымъ быть къ ней, не могъ онъ принудить себя объявить ей прямо и смѣло, что въ отношеніи любви онъ ничего не можетъ сказать ей. Онъ придумывалъ для нея оправданія и увѣрялъ себя, что особенныя обстоятельства ея положенія извиняютъ ея неженственное поведеніе, хотя ему самому трудно было бы опредѣлить, какого рода именно эти обстоятельства. Она богата, прекрасна, умна -- и это все льстило его самолюбію. Однако онъ зналъ, что жениться на ней ему нельзя -- онъ зналъ также и то, что хотя она ему очень нравится, однако не возбуждаетъ въ немъ любви.
-- Лиззи, сказалъ онъ: -- мнѣ кажется, что вы не понимаете моего положенія.
-- Очень понимаю. Эта дѣвчонка обморочила васъ и выманила обѣщаніе.
-- Еслибъ и такъ, не захотите же вы заставлять меня нарушить данное слово.
-- Напротивъ, захочу, если только вы находите, что вамъ она неподходящая жена. Неужели такой человѣкъ какъ вы долженъ быть связанъ на цѣлую жизнь, неужели онъ долженъ отказаться отъ честолюбія, отъ всѣхъ высокихъ надеждъ только потому, что у какой-нибудь дѣвочки хватило ума выманить у него обѣщаніе жениться на ней? Развѣ неправда, что вы въ долгахъ?
-- А что же за бѣда? Во всякомъ случаѣ отъ васъ-то, Лиззи, я не захочу помощи.
-- Вотъ что значитъ гордость мужская! Развѣ не всему міру извѣстно, что для такой карьеры, какая предлежитъ вамъ, непремѣнно требуется если не богатство, то по-крайней-мѣрѣ обезпеченный доходъ? Неужели вы думаете, что я не съумѣю счесть дважды-два? Неужели вы думаете обо мнѣ такъ низко, чтобъ воображать, будто я могла сказать то, что сказала, еслибъ вполнѣ не сообразила, что могу вамъ помочь? Мужчина, кажется, не можетъ понять женской любви, которая жертвуетъ своею гордостью только изъ желанія его пользы. Я желаю вашего счастья. Я желала видѣть васъ великимъ человѣкомъ и лордомъ, и при томъ понимаю, что безъ состоянія вы не можете сдѣлаться ни тѣмъ, ни другимъ. Ахъ! я готова отдать вамъ все, что имѣю, и вмѣстѣ оградить отъ бремени, съ которымъ состояніе это связано.
